Книга Новички в академии, страница 92 – Анна Одувалова, Любовь Черникова, Дарья Сорокина, и др.

Да что он себе позволяет! Лич сначала затаится, потом явится как-нибудь ночью или дождётся момента, когда я буду особенно уязвимой. Зачем его призывать?

— Ну, думай, девочка, думай! Мечи, магия, древние проклятия. Хорошенькая светловолосая головка – это не просто украшение. Но и лич – не великий Эрлинг. Это жалкая тень, заключённая в довольно слабую формосущность. На неё распространяются все ограничения, о которых ты только что внимательно прочла.

Чёрный ворон, приди за его глазами… Я послушно пошла и встала в круг.

* * *

Когда всё кончилось, во мне не осталось сил даже на то, чтобы заплакать. Мои отец и братья свободны, их души обрели покой. Профессор протянул большой мужской платок с вензелями и почти сразу куда-то испарился. Я взяла Сольвейг и побрела по направлению к своей комнате.

На кафедру сегодня не вернусь. Сошлюсь на недомогание. Так оно и есть, а за счёт переработок я могу хоть три дня валяться в кровати. Навстречу мне попалась Эмма, она несла какую-то бумажку. Причём держала её двумя руками, будто послание от короля.

— Профессор Веспер Лакруа закрепил тебя за своей кафедрой, Амина. Ты поможешь составить опись. Вы внесёте туда каждый из артефактов академии и зафиксируете, как они влияют на неживых. Он утверждает, что подобной работы ещё никто не делал. Как тебе повезло. Поработаешь с настоящим учёным. Вот подпись ректора.

Пол подо мной зашатался. Я не планировала задерживаться в академии – дождаться расчёта, снять профессорскую отметку, и прощай, Лаэрра! Но у Веспера есть рычаги, чтобы заставить продлить контракт. Мешочек с чудо-кристаллами до сих пор спрятан у меня под подушкой.

Тут и сам профессор вынырнул из бокового перехода с двумя чашками дымящегося кофе. Эмма покрылась трогательным персиковым румянцем и упорхнула. Мы остались вдвоём под тяжёлым взглядом потолочных горгулий. Где-то зашевелилась правильная мысль.

— Спасибо, профессор, – проблеяла я. – Вы столько для меня сделали. – Кожа на шее прямо зудела. Хотелось драть ногтями. Сдержалась и приложила к татушке палец. – Давайте уладим небольшое…

Веспер напрягся. Он всё меньше напоминал феёнка, который вылез из шкафа. В глазах появился выразительный красноватый блеск, кисти рук удлинились. Молодой человек растерял всю мягкость. Окончательно проснулся, догадалась я.

— Перестань сопротивляться. Ты всего лишь человек. И с чего ты взяла, что тебе не понравится? – В этом месте он должен был начать меня лапать, но он принялся тыкать в листок, над которым тряслась Эмма. – Сначала наладим работу на кафедре. Потом взаимодействие внутри факультета. Затем межфакультетское.

— Да я состарюсь раньше. С этой твоей штукой на шее. Не желаю!

— Ты молодая девушка, я всё понимаю. Не надо себя здесь хоронить. Мы отправимся в путешествие. Ты будешь изучать артефакты, а я – перенимать опыт…

— Послушай, я не собираюсь быть любовницей на основании одного поцелуя.

— Женой. И мне ещё из портала понравилось, как ты пахнешь, – перебил он.

— Это бред. Я последняя Эрлинг. Во мне древняя сила льда. А ты потомок феи. И вампир к тому же. За такой винегрет предки нас проклянут.

— Бойся стайки разъярённых фей с волшебными палочками. Если при близком контакте у представителя нашей расы выделяется особый гормон счастья, то у его партнёра появляется метка. Бинго и свадебный марш! Мы принесём радость этому миру.