Книга Объятые вьюгой, страница 128 – Гали Коман

Лоуриль рассказывал мне последние новости о Дэниеле. О том, что он попал в хранилище, подделав печать с помощью запретной магии. Сначала сказал охранникам, что выполняет особую миссию имперов, прикидывал пару дней, как украсть артефакт, а потом пришёл и хладнокровно совершил задуманное. Он упивался этим чувством безнаказанности, отчего совершенно потерял ощущение реальности. Перед нами Дэниель разыгрывал обычный спектакль, откровенно смеясь и водя команду за нос.

Мне было больно слышать это. Было больно вспоминать его лицо, искажённое безумием, когда он говорил о своих великих планах. Но как бы я ни гнала эти воспоминания, как бы ни убегала от них, всё возвращалось в ночных кошмарах, которые становились всё чаще и чаще. Много раз я хотела дать показания, но в последний момент просила ещё немного времени, чтобы собраться с мыслями. Не знаю, чего боялась. Даже с Ноэлем не могла говорить о том, что произошло.

Меня искренне восхитил Глен, который едва окреп и мог вставать, но уверенно заявил, что расскажет всё, что помнит. Как поведал мне Лоуриль, стихийник навсегда лишился своих способностей, потому что все силы ушли на то, чтобы остаться в живых.

Зенер же так и не приходил в себе. Говорили, что он ещё много лет будет блуждать между мирами, пока душа его не истончится в пыль. Ужасная участь, но он её заслужил.

В одну ночь я лежала без сна в кровати и поняла, что эту историю пора закрыть. Испытывая одновременно страх и лютую ненависть, не могла двигаться дальше, не могла жить обычной жизнью. С поддержкой Ноэля я всё-таки дала показания против Дэниеля. Всем было понятно, что его ждёт смертная казнь и вечное забвение. Вот такой бесславный конец того, кто хотел создать целый мир и править им.

По дороге домой, я думала о том, как много всё же Дэниель для меня сделал, когда думал, что старается лишь для себя. Без него не было бы занятий с Лоурилем, я не стала бы создательницей вязей, не осталась бы с Ноэлем. Может ли зло иногда, хоть на самую кроху стать добром? Вероятно. Это как ещё одна возможность встать на правильный путь, только не все это осознают. Жаль, что Дэниелю не хватила мужества или ума пойти по этой светлой дороге и дальше.

— Как думаешь, рог Сневера снова вернут в хранилище? — спросила я, приваливаясь к плечу Ноэля.

— Имперский совет рассматривает более надёжное место. Он должен быть один, без других артефактом, а место его нахождения — строго засекреченным.

— Разумно. Так нужно было сделать изначально. Это же не какой-то обычный артефакт.

— Дорогая жена, с вашими речами пора бы и самой в имперский совет, — усмехнулся Ноэль и поцеловал меня в макушку. — Всё-таки я женился на самой умной мьесе!

— Посмотрю, как ты заговоришь, когда я буду плести вязь для рога Сневера.

Молчание. Чувствовалось, как напряглось его тело.

— Ты в самом деле хочешь подать заявку? — спросил муж скорее с интересом, чем с осуждением.

Улыбнулась, ощущая, как внутри разжался тёмный комок, выпуская золотистые лучи. Ноэль не знал об этой моей особенности, мы с Лоурилем условились пока не говорить.

— Ну а почему бы не подать? Мне нужна работа.

— Это нелегко и я буду переживать за тебя. Но, если ты правда хочешь плести вязь для рога Сневера, то подавай заявку на отбор и иди к цели ни на миг в себе не сомневаясь. — Ноэль повернул меня к себе. — Потому что я в тебе не сомневаюсь!