Книга Феечка для драконьего короля, страница 112 – Софья Дашкевич

«Ты, может, меня и выбрал, а вот я тебя — нет». Каждое слово — как удар зазубренным клинком.

Лейгард смотрел вслед уходящей Тами и не понимал. Вообще ничего не понимал. Она ведь отвечала на его поцелуи! Он бы заметил, если бы был ей противен, но пурпурная тянулась к нему, льнула жадно. Огненный владыка, она хотела его как женщина, Лей не мог ошибаться! И тут — нате! — ведро ледяной воды в лицо.

Король приготовился спорить с драконом, сдерживать его, однако амулет даже не вспыхнул, не блеснул. Ничего. Словно Лейгард носил на шее не сложнейший артефакт двуединости, а бесполезную дешевую стекляшку.

Вот тогда-то тьма и зашевелилась впервые. В том месте, где некогда разжигалось пламя, стало пусто и холодно.

Странное чувство. Тревожное и неприятное.

Лей отмел его и занялся более насущными делами. Собрал службу безопасности, дал все необходимые инструкции на случай, если до фейской академии доберутся орки. Маловероятно, конечно, — летать они пока не научились, но прежде они и в стаи сбиваться не умели. Кто знает, на что еще способна ведьмина магия?

Потом Лейгард провел беседу с Найлой, сообщил об отмене отбора невест. Успокоил, что Тарвин в порядке, но попросил оставаться среди фей до окончания войны. Ради детей.

И в очередной раз Найла удивила Лея. Найла, которая устраивала истерики по пустякам вроде бальных нарядов, продемонстрировала невероятную сдержанность.

Никаких «Да как тебе не стыдно, Лей!» или «Почему ты не предупредил?!» Нет, лазурная просто молча собрала листочки со списками и, не моргнув глазом, разорвала и выбросила в мусорное ведро. А потом взяла стул, пододвинула его к Лейгарду поближе и уселась прямо перед королем.

— Что с тобой? — спросила в лоб. — У тебя вид, как будто ты мыла наелся. Это связано с Тами? И не вздумай врать, Лей, я все равно не отстану. Я видела, как она выходила из дома! Что вы оба опять натворили?

Золотой и не собирался врать, потому что он-то как раз ничего не натворил, — фортель выкинула Тамиэль. Вообще-то Лей не любил откровенничать, но в тот момент понадеялся, что хотя бы Найла сможет внести ясность. Ей-то виднее, как устроено фейское мышление!

Честно, как на осмотре у лекаря, король передал невестке жестокий ответ Тами.

И снова Найла отреагировала хладнокровно. Не ужаснулась, не возмутилась, а попросила слово в слово повторить предложение. Что ж, Лей повторил, — он вообще этот разговор запомнил во всех деталях и, вероятно, на всю жизнь.

Лазурная с минуту изучала короля, как будто он вдруг стал незнакомцем, и обреченно закатила глаза.

— Что?! — не вытерпел Лей.

— Ты серьезно сейчас, да? — простонала Найла. — Пресвятые музы, ниспошлите терпения! Поверить не могу… Ты ей казнупредложил?

— А чем не аргумент? У нас много золота!..

— Сказал, что она нужна тебе в войне против орков? Действительно: и чего это вдруг она не захотела выходить за тебя? Да каждая фея мечтает, чтоб ее бросили на амбразуру!

Найле потребовалось немало времени, чтобы сцедить яд сарказма и выплеснуть гнев. Они с Леем словно поменялись ролями: лазурная металась по кухне, как загнанный зверь, а он терпеливо ждал, когда она закончит ругаться и вернется к осмысленной речи.

— Даже в любви не признался! — надрывалась королевская невестка. — Куча ведь способов есть! Ладно, никто не ждал, что ты напишешь стихи. Хотя твой брат мне целый сонет сочинил — и ничего, не умер.