Книга Феечка для драконьего короля, страница 74 – Софья Дашкевич

— А ничего, что она меня даже не видела, когда танцевала?! — В янтарных глаза Лея полыхнуло пламя, амулет на груди зажегся желтым.

Я не знала, почему именно он светится, но явно ведь не к добру!

Фабиан тоже обратил внимание на драконий амулет, но в отличие от меня голову в плечи не вжал, а заинтересованно подался к королю.

— Простите, это же артефакт, который контролирует перевоплощения? — Он будто вообще забыл про ссору, и Лея это заметно обескуражило.

— Ну да… — Золотой растерянно моргнул, а его амулет погас. — Он сдерживает драконью сущность…

— Какая любопытная форма! — Фабиан прищурился. — Это же яйцо, верно?

— Маги из верховной гильдии называют его яйцом двуединости. А в чем, собственно, дело?!

— Яйцо! — Ректор улыбнулся, словно постиг основы мироздания, и победоносно посмотрел на меня. — Я начинаю понимать… Тамиэль, пойдемте! Нужно собрать профессоров!

Король и слова вставить не успел, как Фабиан потащил меня за собой в сторону главного корпуса. Я спиной ощущала недовольный взгляд дракона, но ответить ему ничего не могла, потому что не имела ни малейшего представления, какая муха укусила кронфея.

А он будто обезумел. От превосходных манер и привычной сдержанности не осталось и следа, — ректор вел себя, как мальчишка, который впервые увидел светлячка и погнался за ним, чтобы приручить свет.

— Что случилось?! — выдавила я, торопливо семеня за профессором, чтобы он не уронил меня.

Что-то подсказывало: он бы этого даже не заметил, так и продолжал бы волочь меня лицом по траве.

— Это знак, точно знак! Все складывается: это зашифрованное послание!

Возможно, сам Фабиан счел, что все разложил по полочкам, но, как по мне, только напустил еще больше тумана. В чем знак? Что у кур есть яйца — и у драконов тоже? Вот уж воистину великое научное открытие! Только где там шифр…

Меня швырнули на диванчик в коридоре, приказали никуда не уходить, а в идеале — не шевелиться вовсе, и бросили в гордом одиночестве. В полном недоумении я наблюдала, как Фабиан заскочил сначала в один кабинет, потом в другой, в третий… И, наконец, скрылся из виду. Издалека до меня доносилось хлопанье дверей и взволнованное:

— Дамиан-тэй!.. Срочно ко мне! Профессор Бургунди… Да, дело чрезвычайной важности… И кто-нибудь, пошлите уже бабочку в храм! Нам нужна Хелия…

И на этой кульминационной ноте все смолкло. Я сидела, как статуя Эвтерпы на площади у кронфейского дворца: выпрямив спину, положив ладони на коленки и глядя в пустоту перед собой. Ну а вдруг пока я в танцевальном костюме, который ректор дал мне специально для репетиций, каждое мое движение будет считаться танцем? Один неудачный пас рукой — и вот уже коровы при академической столовой дают черное молоко!

Неизвестность пугала, страх собственного дара вгонял в оторопь. Сколько времени прошло, пока я сидела, превозмогая противное покалывание в онемевших мышцах, сказать трудно. Прямоугольник солнечного света на полу медленно переполз на стену, окрасился рыжим, сиреневым, а потом померк, — на остров опустился вечер.

И в тот момент, когда я уже решила, что про меня забыли, в дальнем конце коридора показался дед. Подошел ближе, оглядел меня с головы до ног, и между седых бровей пролегла вертикальная морщинка.

— Ты почему в таком виде?! Неужели нельзя было за все это время переодеться?