Книга За любимым на край Вселенной, страница 133 – Алёна Орлова, Джейн Лувако

Подъём же по лестнице оказался ещё тем квестом. Шипя, уговаривая и тихо ругаясь, девушка вела безвольного парня по ступенькам шаг за шагом, при этом пытаясь прислушиваться, что же происходит в столовой, но оттуда не доносилось ни звука, будто там никого и не было.

Наконец-то ступеньки закончились, и девушка вздохнула с облегчением. Теперь ей предстояло понять, какая из дверей в длинном коридоре ведёт в спальню. Но взглянув на безвольного парня, решила, что в принципе подойдёт любая, где есть диван или кровать, да хоть мягкое кресло, куда можно его усадить. Толкнув ближайшую дверь, она поняла, что попала в гостевую спальню, более богатую, чем та, в какую поселили её, но с такой же одноместной кроватью. В душе разлилось облегчение и толика злорадства.

— Отлично! — она тихонько пробурчала себе под нос. — Так даже лучше, чем супружеское ложе.

Как только голова парня оказалась на подушке, его глаза закрылись, а дыхание стало ровным, как у глубоко спящего человека. Надежда нашла Пересвета, даже могла коснуться его, но это ничего не меняло. Она чувствовала, что они находятся на разных полюсах Мироздания. Тихий вздох сорвался с её губ, и она тяжело села около любимого. Сейчас его лицо было спокойным и умиротворённым, будто он и не хмурился недавно. Забыв обо всём, девушка разглядывала парня, отмечая появившиеся морщинки. А одну даже захотелось стереть, и она непроизвольно погладила меж бровей, тут же отдёргивая руку и оглядываясь по сторонам, будто могла увидеть видеокамеры. В надежде, что в спальнях их всё-таки нет она наклонилась к уху парня и прошептала так, чтобы никто другой не смог услышать:

— Пересвет, очнись, вспомни, кто ты…

Любимый оставался нем и глух к её словам, усыплённый колдовским сном, но девушка не теряла надежды, не для того она пересекла половину галактики, чтобы сейчас отступить.

В это время на первом этаже разгорались настоящие страсти. Сильные, властные женщины — натуры противоречивые, и в душе готовы подчиниться более сильному мужчине. И Дон, который всегда отступал, подчиняясь, разочаровывал Ребеку, но не сейчас. В глазах мужчины бушевала такая необузданная сила, что невольно фурия затихла, осознавая, как в ней зародилось желание подчиниться ему. Сладкие горячие ощущения негой потекли по венам, огненной лавой опускаясь в низ живота и скручиваясь там клубком яростного желания.

Ещё никогда она так не вожделела мужчину. Сию минуту она хотела не абы кого, а только одного, мужчину перед ней, Дона. Даже когда они были любовниками, она не испытывала к нему такого влечения, как сейчас: яркого, острого, на грани боли.

— Я отпустил тебя, когда был изуродован, — мужчина яростно шипел ей в лицо, еле сдерживая гнев. — Я отдал тебя Пересвету, — имя соперника он буквально выплюнул. — И что я узнаю́? Ты собралась сбежать с ним в светлые земли?!

Ребека не выдержала и потянулась за ласками, но и здесь ей не позволили доминировать. Неистовый поцелуй Дона клеймил, наказывал, в нём не было ни толики нежности, лишь желание подчинить. И ведьма покорялась. Рывок магнитного замка комбинезона и красный латекс стёк к ногам женщины, а со стола полетели остатки неудавшегося романтического ужина.

Ни Ребека, ни Дон уже не контролировали себя. Одно жгучее желание на двоих поглотило их, гася разум и оставляя только первобытную потребность соития. Им не было никакого дела до того, кто и чей муж или жена, плотский голод требовал сиюминутной разрядки. Впрочем, им никогда не было никакого дела до моральных составляющих ни в жизни, ни в сексе.