Книга Пленница аскадцев. Цена свободы, страница 42 – Алена Бондар, Карина Рин

Мужчины переглядываются и ведут немой разговор, во время которого я смотрю куда угодно, только не на них, чтобы не раскусили.

Я и так прошлась по тонкому льду. И могла пережать, разговаривая с Касаром.

Но мне жизненно необходимо, чтобы он согласился. От этого напрямую, лично для меня, зависит всё.

— Ну что ж… — растягивая слова, словно вместе с ними тянет и моё терпение, начинает Касар. — Посмотрим, Мирана, что там за оружие такое в твоих пещерах.

Я прикрываю глаза, чтобы не выдать себя. Хотя хочется вскрикнуть или броситься Касару на шею от облегчения. Но вместо этого терплю его руку на талии и молчу, украдкой улыбаясь.

Мы всё-таки едем туда, куда мне нужно.

И тут он шепчет мне на ухо, так тихо, чтобы Эйрик не услышал:

— Молчи о нашем вчерашнем разговоре в комнате, — немного поворачивает голову в его сторону. — Иначе я могу перестать быть лояльным, — добавляет ещё тише, низким, холодным голосом, не оставляя места для иллюзий.

Мои женские чары действуют на него лишь отчасти. И Касар может в любой момент взбрыкнуть, если сочтёт, что я перешла грань. Или вернётся в своё прежнее состояние, а не теперешнее, где он расположен ко мне.

Что ж, учту это и возьму в расчёт.

Глава 12 Мирана

Это место не выглядит заброшенным — оно выглядит отвергнутым. Словно от него однажды отвернулись намеренно, решив, что так будет проще, чем пытаться спасти.

Мы едем по каменному плато, изрезанному узкими тропами, будто кто-то нарочно выбирал самые неудобные пути. Скалы торчат рваными клыками, нависая над ущельями, где никогда не бывает тишины: ветер воет, цепляясь за выступы, камни с сухим треском срываются вниз, а где-то шумит вода.

Между камней пробивается колючий кустарник и блеклая трава, цепляющаяся за жизнь так же упрямо, как и те, кто когда-то рискнул здесь остаться. Деревья редкие, искривлённые, словно сломанные изнутри. Их ветви тянутся в стороны, а не вверх, будто они давно отказались искать свет и просто пытаются не упасть.

И я их понимаю. В таком месте не то что свет — здесь всё давно стухло, выгорело, потеряло смысл. Погребено под наивными надеждами и громкими обещаниями короля, слишком жадного до власти, чтобы признать собственные ошибки.

«Может, это была плохая идея — сюда ехать, — задумчиво подмечает Мерзаль. Его голос звучит тише обычного, осторожнее. — Может, зря мы рискнули».

Вовремя же он решил сомневаться — тогда, когда мы уже здесь и дороги назад, по сути, нет.

«Не бойся, — отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем я себя чувствую. — К тому же магическое оружие нам в любом случае нужно. Без него мы далеко не уйдём».

«А вот то, что ты решила его по сути подарить аскадцам, — очень спорное решение», — подмечает Мерзаль.

И высунув морду из сумки внимательно осматриваясь по сторонам, словно ожидая подвоха в каждом камне.

«Но, по крайней мере, Касар ещё под воздействием чар. Твоих, женских или магических, — это, конечно, вопрос открытый. Но главное, что он точно на нашей стороне. И мы можем это использовать», — заключает кот и поспешно засовывается обратно в сумку.

Видимо, ему хватило одного беглого взгляда, чтобы снова спрятаться. А вот мне приходится не только смотреть, но и прислушиваться.

Здесь слишком много звуков, и каждый из них кажется чужим, настороженным, словно сама земля следит за нами и решает, стоит ли терпеть наше присутствие.