Книга Судьба исправлению подлежит. Шаг второй, страница 13 – Сусанна Ткаченко

Я принёс в шатёр отборный нектар из императорских погребов, фрукты и сладости. Перину взбил, лепестков, увы, не нашёл, но поставил в изголовье высокую вазу с длинными хрустальными цветами, излучавшими вечный мягкий свет.

Вечер приближался к полуночи — пора! Сердце забилось чаще не от ожидания опасности, а от предвкушения. Я погасил свет в шатре, оставив только мерцание хрустальных цветов, свернул его обратно в коробочку, спрятал в карман и отправился за Алтеей.

Тень под её окном была густой и живой, будто специально для меня. По ней я и взобрался до самой приоткрытой створки. Лёгким движением её отодвинул, бесшумно перешагнул через подоконник и спрыгнул на пол. В темноте я видел так же хорошо, как и днём, поэтому неприятно удивился сразу: ни в кровати, ни в комнате не было ни души. Не ждёт? Я почувствовал лёгкий укол разочарования. А следом за ним — осязаемый. Чем-то острым в правый бок, точно под ребра, со спины.

Стыдно признаться, но за вещами в дорогу я отправилась к одному широко известному в узких кругах барыге. Айзек Хлыщев клялся, что он баронет, а его дядя служит в посольстве Гартугалии секретарём, но мы-то знали: за ним стоит целая команда шустрых парней. Они не только выманивают у редких приезжих иностранцев вещи в обмен на имперские предметы народного творчества, но и мотаются тайными тропами в соседнюю Лапфидию за дефицитом. Лапфидская сизая икра ценится на мировом рынке, поэтому в их магазинах можно без проблем купить товары из Стейтона — технари с ними торгуют. Ну а сами лапфидцы уважают имперские горячительные напитки, так что контрабандистов там всегда ждут с распростёртыми объятиями.

— А что поделаешь, если у нас такое пока не производят? — оправдалась я перед Мари и вынула из личного хранилища побольше денег.

— Надеюсь, ты это исправишь, когда станешь императрицей, — сказала она, многозначительно взглянув на моё кольцо и заставив меня покраснеть.

Но кольцо и правда потрясающее! Оно невольно притягивало взгляды, и скрыть его было невозможно. А главное — искусный придворный ювелир не только встроил в него портал, наводящийся на Карсиана, но и создал защитное поле, чтобы выпирающие камушки ни за что не цеплялись. И я, понимая, сколько в империи уникальных разработок и своих талантов, одновременно злилась на то, что им не уделяют должного внимания, и всё больше верила, что Стейтон мы в технологиях запросто обгоним — было бы желание!

Однако пока нам пришлось оставить у Айзека целое состояние за два практичных брючных костюма с множеством скрытых карманов — в каждый можно уместить много необходимых для путешествия артефактов от набора посуды в плоской коробочке размером с монету, одноразовых гигиенических наборов и швейных принадлежностей до дротиков со снотворным.

Мы прикупили ещё и пространственные рюкзачки — с виду изящные и невесомые, а вмещают целый дом. А еще шляпы, меняющие цвет глаз и волос, нательное бельё, корректирующее рост и объёмы (хоть убейте не знаю, зачем они нам, но мало ли!), перчатки, липнущие к любой поверхности, и высокие сапоги, снимающие усталость.

— Дорогуша, ты меня сегодня поразила до глубины души. Точно не хочешь посмотреть платьица из новой коллекции от Кисмино? А женские романы-самочитайки от Асло? — спросил Айзек, сделав большие глаза.