Книга Судьба исправлению подлежит. Шаг второй, страница 34 – Сусанна Ткаченко

Так вот что случилось! Видимо, он установил и активировал какой-то артефакт, блокирующий вампирское наследие. Чего только ни придумают на Эузиноцее! И очень хорошо, что он эту штуковину раздобыл. А то, что оказался дезориентированным, — это нормально. Главное теперь мне не расслабляться и всегда быть готовой его подстраховать.

А для этого не мешало бы всерьёз заняться ежедневными тренировками. Магический потенциал у меня выше среднего — иначе не было бы пробочки в виде видений и не требовалось бы облако, — но я до сих пор не знала сильных сторон своей магии. Кто-то — типа Леона и Апреля — ещё в детстве определяют свой путь. Но тут скорее дело не в направленности магии, а в складе ума. Артефакторам не нужно уметь виртуозно владеть всеми имеющимися конфигурациями энергии, им достаточно грамотно вливать силу в свои изобретения.

Большинство магов определяются с направленностью на старших курсах, и, к сожалению, девушки моего круга выбирают моду, уход за внешностью, косметику или парфюмерию. Менее знатные девушки идут в целительство, секретарство или преподавательство. Я же пришла к выводу, что хочу быть надёжной боевой единицей, а это значит должна полностью пересмотреть подход к обучению.

Мари потянула меня за руку к трапу, недовольно бурча себе под нос:

— Явились! Нет, ну ты только на них посмотри. Это в их представлении так выглядит траур?

Двойняшки грациозно поднимались на борт, пряча глаза под тёмными короткими вуалями, а вот остальные прелести скрыть они и не подумали.

Пока я подбирала слова, чтобы едко выразить своё осуждение и всё же принудить девиц к переодеванию в более скромные одеяния, вперёд быстро прошёл Тристан и закрыл маленьких поганок собой.

— Леди, рад знакомству. Я герцог Тристан Вольный, позвольте провести целительский осмотр, чтобы не возникло никаких недоразумений, если вдруг вы поднимаетесь к нам на борт с лёгким недомоганием, — сказал он таким тоном, что я покраснела.

А Мариэлла бросила мою руку и демонстративно потопала в кают-компанию.

Однако я напомнила себе, что Тристан хоть и любитель всего женского пола, но не прыщавый голодный до ласки юнец. Во-первых, он целитель и умеет смотреть на любое, даже самое прекрасное тело как на объект. Во-вторых, он прекрасно знает, кто именно к нам поднимается, а в-третьих, он наверняка специально их сейчас вводит в заблуждение, чтобы девицы не заподозрили подвоха. Возможно, есть что-то и в-четвёртых, и в-пятых, а нам лучше не краснеть, а друг другу доверять.

— Ах, герцог, мы тоже рады знакомству.

— И уверяем вас, что полностью здоровы.

— Но если вы настаиваете...

— Вы хотите это сделать прямо здесь? — раздался томный щебет.

Голоса у двойняшек тоже были практически одинаковыми. Если честно, я понятия не имела, как нам их различать, и это создавало дополнительные неудобства. Страшно представить, сколько возможностей перед ними открывает использование путаницы.

— Оставьте вещи на палубе, наши матросы их отнесут в каюты, а всех вновь прибывших прошу пройти за мной, — сказал Тристан.

И я наконец его обошла, чтобы глянуть на «всех вновь прибывших». Разумеется, у дочерей Хиллар имелись сопровождющие: две служанки и два крепких стейтонца — они и несли все вещи. И расставаться девицы с ними, судя по зверскому выражению лиц, не желали.