Книга Марь Иванна и очень плохой дракон. Поварская школа попаданки, страница 62 – Юна Рунова

Он вдруг глянул на меня, и я увидела в его глазах слёзы:

— Ты похожа на неё. Уж не знаю, святая Анна послал тебя на мою голову или кто другой, но ты напоминаешь её своим крутым нравом и прямотой. И своим талантом. Люди собираются вокруг тебя, помогают и радуются. Я же вижу, что они все за тебя горой, а ты тут всего ничего, — он вновь глянул на портрет. — Я больше не стану пить.

Не сдержавшись, я подошла ближе и положила руку ему на плечо, легонько сжала:

— Я буду рядом и буду помогать, но легче всего перенести зависимость, когда ты занят. Не оставайтесь наедине со своим горем, мсье. Мы все готовы поддержать вас, только пожелайте перемен.

С Морисом мы говорили довольно долго. Он действительно был под впечатлением от полученных за прошлый день денег и жаждал подробностей. Главное, он был согласен на перемены, и я подробно разъяснила ему новую роль.

Мсье Солан больше не будет разливать напитки, а будет чинно встречать гостей, сидя за отдельным столиком. Именно туда подавальщицы будут приносить всю выручку, а он будет её записывать. Я очень рассчитывала повесить на Мориса бухгалтерию, и при его природной домовитости это было бы отличным решением. Главное убедиться, что он ладит с цифрами.

Я старалась расписать его новый образ, как образ эдакого буржуа, зажиточного, довольного жизнью человека в хорошо скроенной одежде в красивом чистом ресторане. На слове ресторан у Солана произошёл внеочередной культурный шок.

— Вы, мамзель, вообще знаете, что такое ресторан? А кому принадлежит единственный ресторан в столице? — тут же возмутился он.

После моего утвердительного и развёрнутого ответа на оба эти вопроса, Солан и вовсе пришёл в ужас, решив, что у меня проблемы с ментальным здоровьем. Пришлось напомнить ему о вчерашней выручке и объяснить, что вкусная еда из хороших продуктов лишь часть дела. Атмосфера, развлечения, приятная музыка и, в первую очередь, чистота — масса дополнительных пунктов, которые позволят нам в дальнейшем поднимать цены.

Да, местные не могут платить много, но если мы приведём трактир в должный вид и будем привозить сюда состоятельных гостей, то сможем заработать в разы больше. Местных же я предлагала кормить по прежним ценам, но в определённое время.

— А вы вообще уверены, что сможете повторить вчерашний успех? — с опаской уточнил Солан.

— При наличии нужных продуктов должного качества я могу каждый день готовить разное меню, и оно не повториться ни разу в течение года, мсье Солан. И поверьте, каждое будет вкусным, — уверенно ответила я.

Когда главная проблема была решена, и я смогла убедить двух самых важных людей в необходимости перемен, пришла пора… ремонта и генеральной уборки. О намерении обновить в трактире всё, начиная от мебели и посуды и заканчивая вывеской, я объявила сразу, как только мы с Соланом вернулись в зал.

— Нет, мамзель! Вы режете меня без ножа! Без ножа! Какой ремонт? Какие шторы? — тут же возмутился мсье Солан и тоскливо глянул на бочки с пивом.

— Мсье, вы что-то говорили о сбережениях, которые хранили у Леграна. Сколько там денег? Я интересуюсь не для того, чтобы их отобрать, поверьте. Готова и сама предоставить на нужды трактира все деньги, что у меня есть, а точнее двадцать четыре ливра и семь су. Кроме того, я готова не получать жалование в течение месяца, пока у нас будет процесс налаживания работы. Только моих денег недостаточно я в этом уверена, — твёрдо заявила я и обернулась к остальным обитателям Калача. — Мои слова совершенно не значат, что кто-то из вас должен отказываться от заработанных денег. Это моя личная инициатива, ведь я здесь новый человек и по моей вине трактир будет простаивать какое-то время, пока мы с вами наведём здесь порядок.