Книга Суженая для падшего, страница 101 – Юна Рунова

— Я не знал… — прошептал он одними губами.

За столом воцарилась давящая тишина, множество глаз смотрели сейчас на меня, ожидая, что я скажу или сделаю дальше.

— Не знал? — повторила я как в бреду. — Не знал, что полюбишь меня? А если бы не полюбил? — спросила я, заранее догадываясь об ответе.

Михаил вдруг поднялся с места и, оказавшись рядом, развернул моё кресло и упал на колени. Я не видела, чем заняты остальные, не слышала их перешептываний. Руки мужа заскользили по моим ногам, а я не могла найти силы, чтобы посмотреть на него. Мне чудилось, будто я стою над пропастью, а земля под ногами ходит ходуном. Шаг, один маленький шажок и я полечу вниз…

— Ты не знаешь, каким я был! Я был чудовищем, псом на поводке у своего Хозяина! Мы жгли города и убивали тех, на кого указывал перст Создателя. Одна жизнь незнакомого существа в сравнении с сотнями жизней моих братьев ничего не значила для меня, — он замолк и посмотрел в сторону Оракула. — Но одно предсказание изменило всё. Я попался в ловушку своего обещания, данного вслепую в момент отчаяния. Ты — моя Суженая, и ты последняя из вымирающего рода Непостижимых, та, за кем охотится сам Создатель. Но я нашёл выход, Кудряшка. Я обменяю свою жизнь на твою. Существует один древний обряд, первобытная магия, она работает лишь между матерью и ребенком или влюблёнными, как мы. Я не дам тебе погибнуть! Слышишь?

Солнце давно закатилось за горизонт, и низкое сине-чёрное небо украсила россыпь звёзд. Здесь, в мире-убежище, который ангелы именовали Хортус, звёзды казались мне ярче, а два спутника-близнеца, отливавшие всеми оттенками зелёного, нависали над домом так низко, что были видны их кратеры. Луны двигались вокруг Хортус и одновременно вокруг друг друга, словно танцуя понятный только им, хаотичный танец.

— Ты не замёрзла? — голос Михаила раздался совсем рядом.

После бурно прошедшего совета, я решила выйти прогуляться и успокоить свои мысли, но далеко уйти не получилось. Лес вокруг дома был непроходимым: между высоких деревьев неизвестной мне породы стеной рос колючий кустарник. Ободрав себе плечи и оцарапав лицо, я отказалась от своей затеи и уселась на скамью в небольшой, увитой каким-то цветущим растением беседке неподалеку от дома.

Я решила, что уйду, как только Михаил уснёт. Я решила, что это единственно верное решение. Я старалась посмотреть на ситуацию под разным углом, не отрицая возможного предательства и со стороны самого Оракула. А что? Очень удобно прийти и убедить меня добровольно сдаться на волю Создателя, который, судя по тому, что я уже знала, совсем не душка!

Сколько существует Вселенная? А Создатель? Миллионы? Миллиарды сотен лет? Никто не знает, но уверенность, что за это время он мог многое сотворить и многое уничтожить, поселилась в моём сердце сразу после разговора с Михаилом. Вряд ли Непостижимые были первыми!

— Нет, но буду не против твоих объятий, — мне хотелось, чтобы муж понял, что я на него не злюсь.

Наши миры, тот, в котором родилась и воспитывалась я: мир обычных людей, лишённый магии, а порой и Бога, и мир Михаила, в котором он пил энергию Вселенной, бился с демонами и беседовал с тем самым существом, именуемым у людей Богом, очень разнились. Я понимала, что мне не ощутить тот груз выбора, который лёг на плечи мужа. Одна жизнь или сотни? Одна туманная жизнь неизвестно кого или сотни жизней братьев и сестёр? Какой выбор сделала бы я?