Книга Суженая для падшего, страница 102 – Юна Рунова

Грациозно, словно хищник, Михаил перепрыгнул через бортик беседки. Мгновение и я оказалась у него на коленях, в его крепких руках, где было тепло и уютно. Привычный пряный аромат, так необходимый жар тела, такой желанный шёлк кожи.

— Ты настораживаешь меня, Кудряшка, — прошептал муж мне на ухо, щекоча своим дыханием кожу виска. — Ты так спокойно приняла моё решение. Не стала спорить, не устроила ссору. Как ты себя чувствуешь? — Михаил улыбнулся и заглянул мне в глаза.

В его взгляде была тревога, которую он тщётно пытался завуалировать заботливой улыбкой. Почему всё так? Выходя замуж за незнакомого мужчину, я не думала, что он так быстро станет мне самым родным! И уж точно не предполагала, что нам придётся так скоро расстаться!

— Всё хорошо, просто столько всего сразу, — не утерпев, коснулась небритой щеки кончиками пальцев. — Я не хочу тебя отпускать.

— А я не хочу уходить.

В тёмных глазах мужа всполохнуло знакомое пламя, руки бережно и в то же время властно прижали меня к обжигающему мускулистому телу. Я обвила руками его шею, наши губы встретились. Мы слились в тягучем долгом поцелуе. Мы пили друг друга, словно страждущие путники, бродившие по пустыни и, наконец, достигшие живительного источника. Я тонула в этом поцелуе, желая лишь одного, чтобы время застыло, чтобы мгновения близости длились вечно, а разлука была лишь иллюзией, дымкой, растаявшей поутру.

— Ты проведёшь остаток этой ночи со мной? — осипшим от страсти голосом прошептал Михаил.

Вместо ответа, я встала, увлекая мужа за собой в дом. На кухне мирно беседовали Гэбриил и драконы, остальные, видимо, ушли отдыхать. Мы тихо прошмыгнули к лестнице, еле сдерживая смех. Словно мы подростки, скрывающие свои намерения от строгих родителей. Стоило войти в комнату, в которой я до этого очнулась, как Михаил, закрыв за нами двери, притянул меня к себе, опаляя новым поцелуем. На этот раз его губы обрушились на меня, выжигая, уничтожая, стирая мысли о предстоящем расставании, об опасных врагах, о том, что это последние часы, что мы проведём вместе, о том, что одного из нас ждёт неминуемая гибель.

Я ненасытно отвечала на поцелуй любимого, стараясь обласкать руками каждый миллиметр его тела. Пальцы наткнулись на новый шрам на рельефной груди, и я, прервав поцелуй, нежно погладила след от удара, предназначавшегося мне.

— Забудь, — Михаил перехватил мою руку и прижал к губам, целуя каждый пальчик. — Это лучшее из украшений, что я мог бы носить.

Руки мужа, отпустив меня лишь на миг, скользнули под тунику, пока я дрожащими пальцами расстёгивала оставшиеся пуговицы на его рубашке. Быстрые рваные движения, нетерпение, поцелуи, приправленные остротой пережитых потрясений, и наши тела уже сплелись в страстном неукротимом танце, прижавшись друг к другу так близко, что сложно даже представить их существование по отдельности.

— Ты моя, запомни! — заставляя кровь в венах накалиться до предела, прошептал Михаил. — Моя Суженая!

Он был повсюду, он заполнил мою душу до краёв, давая смысл, давая саму суть жизни, и с каждым толчком я чувствовала в себе Силу, чувствовала, как она плескалась во мне, грозясь затопить этот маленький мирок.

— Скажи, — потребовал муж, сжимая меня с такой силой, что казалось, вот-вот затрещат кости, — скажи, что ты моя!