Книга Суженая для падшего, страница 50 – Юна Рунова

— Я не верю вашим словам, Такеши! Михаил не может умереть, он слишком силён, чтобы позволить кому-то себя убить! — я решительно сжала кулаки.

Карие глаза сочувственно скользнули по моему лицу:

— Вы уже его любите. Мне жаль. Я хочу, чтобы вы понимали: я — друг и смогу вам помочь, из всех вариантов будущего развития событий для вас самый безопасный прийти ко мне. Мой отец сможет переправить нас в Кин’Дан’Носэкай, где вы будете в безопасности, а я, используя свой дар, научу вас контролировать силу. Поверьте, если бы можно было спасти вашего мужа, я бы сказал, как это делать, — последние слова Такеши заставили сердце болезненно сжаться.

Как же так получилось, что, вопреки здравому смыслу, я влюбилась в Михаила за такое короткое время? Взгляд вновь скользнул по красивому лицу дракона, а если он мне лжёт? Если не договаривает что-то? А может, это лишь способ меня напугать? Стоит ли эта бумажка такого обещания? В голове кружил целый хоровод мыслей.

— Хорошо, Такеши, я обещаю, если с Михаилом что-то произойдёт, я не обращусь за помощью к Гэбриилу, Амодею или Вэлиалу и отыщу тебя. При условии, что это не будет угрожать жизни моей или тех, кто мне дорог, — произнося последние слова, я видела как дракон всё больше хмурился.

Воспользовавшись моментом, я выдернула из рук дракона записку, надеясь, что она того стоила! Я крепко сжимала скомканный прямоугольник в кулаке, наблюдая, как ноздри Такеши раздуваются от частого дыхания.

— Я всё равно вам не верю! — сказала я и попыталась проскользнуть в дверь между Такеши и перегородкой.

— Зря. Позволю себе ещё один совет: не ходите, — удержав меня за запястье, быстро прошептал Такеши.

В этот момент рядом появились Бармалей и Клодия, дракон спешно меня отпустил, и я выскользнула в коридор. Всю дорогу домой горничная поглядывала на меня из-под золотых ресниц и каждый раз, когда я ловила на себе пытливые взгляды зелёных глаз, записка обжигала ладонь как раскаленное железо.

Зачем Никите было так рисковать, передавая послание демона? Что же такого в этой записке? Как молодой дракон связан с этим всем и было ли его странное условие дружеским предупреждением или реальной угрозой? Что известно Михаилу? Почему Клодия спросила о записке? Мой разум мечтал покинуть свои чертоги и никогда не возвращаться в эту круговерть безумия. Когда моя жизнь успела превратиться в подобие телешоу?

Оказавшись, наконец, в одиночестве, я закрылась в ванной и включила воду. Сев на пол, я дрожащими пальцами развернула смятый пергамент. Внезапно вспомнилось, как записка оказалась у меня, и щёки залил густой румянец. Интересно, что бы я почувствовала, если бы Ник успел меня поцеловать? Понравилось бы мне или стало противно? Нет, чтобы там ни было, убеждать себя в том, что поцелуй Ника отвратителен глупо. С опаской глянула на артефакт, который после объяснений Клодии даже я смогла перевести в повседневный режим, и благодарно погладила хрустальную каплю. Хорошо, что никто не может добраться до моих мыслей! Вернувшись к записке, бегло пробежалась глазами по незнакомым буквам, и в голове один за другим стали возникать образы. Так было всегда, стоило мне увидеть незнакомый язык.

'Моя нежная Лилия! Надеюсь, что наш хмурый друг нашёл, чем развлечь тебя в неволе, и ты не грустишь! У меня есть новости. Они касаются гибели твоих родителей и смертельной угрозы, нависшей над тобой. Во дворце Вингротов близится праздник в честь возвращения моего брата Люция. Увидимся там. Буду ждать тебя в пятнадцать минут первого в своём кабинете. Приходи одна. Поверь мне, это не ловушка, и будь осторожна. Твой супруг может быть слишком горяч.