Книга Принцесса и медведь, страница 45 – Марья Зеленая

— А она предпочла сытую жизнь. По-сути, сменился только мужик в постели, а все прочее осталось по-прежнему.

— И у них с Сигизмундом больше не было детей?

— Была дочь. Альвейг.

— Твоя жена?

По лицу Бьорна пробежала тень.

— Да.

Он отломил краюху хлеба и принялся молча доедать похлебку. Виоле стало неловко. Она хотела бы побольше узнать о прошлом Бьорна, но расспрашивать дальше постеснялась.

— Кроме Фастрид, у ярла есть куча наложниц, — снова заговорил Бьорн. — Некоторые вроде даже как тяжелели, но что-то все время шло наперекосяк…

— Что ты имеешь в виду?

— У двух были выкидыши, одна из них даже истекла кровью. Одна утонула, еще одна пропала без вести. Пошла молва, будто у ярла проклятое семя, и кто от него понесет — плохо кончит. Матильда слыхала, что с тех пор девки стали бегать к травнице за снадобьем… ну, которое помогает не забрюхатеть.

Виола наморщила лоб.

— Так может это все дело рук его жены? — спросила она.

— Я тоже так считаю, — кивнул Бьорн. — Но в народе говорят, что это происки нечистой силы.

— А сам ярл что об этом думает?

— Ты же вчера слышала — он тоже подозревает Фастрид, поэтому и назначил меня твоей нянькой.

— Так почему он ее не накажет? Или не разведется с ней?

— Боится, что ее братья разобидятся и расторгнут с ним союз, а то и вовсе надерут ему зад.

— Понятно. — Виола задумчиво отправила в рот очередную ложку супа. — И что же это получается: эта «милая женщина» — твоя теща, а Сигизмунд — тесть?

— Бывшие, — сказал Бьорн, поднимаясь из-за стола.

Он подошел к умывальнику и сполоснул руки.

Виола дожевала кусок колбасы, и тоже встала со скамьи. Когда она вымыла ладони, Бьорн протянул ей полотенце.

— И что теперь? — вытирая руки, спросила она. — Что мне делать? Я не собираюсь рожать твоему ярлу детей, можешь так ему и передать.

Бьорн потупился.

— Прости. Мне жаль, что так получилось. Я попробую еще раз с ним поговорить, убедить отказаться от своей затеи.

— А если он тебя не послушает?

Он тяжело вздохнул.

— Тогда тебе придется… подчиниться.

— Что?! — гневно вскричала Виола. — Ты втянул меня в это дерьмо, и предлагаешь подчиниться?! Прекрасно! Замечательно! Ты отлично выслужился перед своим ненаглядным ярлом. Продолжай и дальше лизать ему задницу и сапоги, и может когда-нибудь он кинет тебе косточку!

— Прикуси язык! — рявкнул Бьорн. — Я же не думал, что все так обернется…

— Он не думал. — Виола с презрением отвернулась. — Так и знай, твой чертов ярл меня и пальцем не коснется!

Бьорн не успел ответить, как в дверь постучали. Он вышел в сени, и вскоре в комнату ввалились двое мужиков в заношенной домотканой одежде. Пыхтя и отдуваясь, они тащили за рукоятки огромный, обитый железом, сундук.

— Куда ставить? — спросил один их них.

— Что это? — поинтересовался Бьорн.

— Ярл Сигимунд прислал скарб для своей наложницы.

— Пф! Ничего мне от него не нужно. — Виола надула губы и отвернулась.

— Ставьте в угол, — велел Бьорн.

Следом за носильщиками на пороге показалась старуха, закутанная в серый шерстяной плащ. Она подошла поближе и уставилась на Виолу красноватыми слезящимися глазами. Повеяло заплесневелой старостью. Виола поморщилась.

— В чем дело? — с вызовом спросила она.

— Мне приказано тебя осмотреть. Я — повитуха.

С этими словами карга протянула иссохшие, увитые венами руки и бесцеремонно ощупала ее грудь.