Книга Принцесса и медведь, страница 78 – Марья Зеленая

Сарай догорал. Треск и шипение, едкая гарь, клубы серого дыма — жуткое зрелище, от которого невозможно отвести взгляд.

Сперва селяне пытались заливать огонь водой, но вскоре поняли тщетность своих усердий: прожорливые красные языки отступали со злобным шкворчанием лишь для того, чтобы в следующий момент вспыхнуть с новой силой. Хорошо еще, что сеновал располагался далеко от остальных построек, и пожар не перекинулся на них. Нужно было только гасить летящие во все стороны шальные искры, чем и занимались мужики, в том числе и Бьорн.

Женщины, дети и старики выстроились полукругом на почтительном расстоянии, уныло наблюдая, как могучее пламя пожирает остов. Виола стояла поодаль, обхватив руками себя за плечи. Лицо опаляло жаром, но зубы стучали, словно от холода: ее колотила нервная дрожь.

Бьорн таскал из колодца ведра воды, а сучка Милдрид бестолково суетилась рядом, путаясь у всех под ногами. «Это она во всем виновата! Она и этот похотливый козел… Ненавижу обоих!» — думала Виола, с опаской поглядывая на толпу мрачных селян.

Она заметила, как из дома вышел Рагнар. Всклокоченная борода, рубаха наизнанку: явно только что в спешке вылез из-под одеяла. Удивительно, как его весь этот переполох раньше не разбудил?

— Что случилось? — зевая, спросил он.

Бьорн вытер лоб рукавом.

— Где тебя носит? Мы уж заждались, — пропыхтел он, поднимая над срубом очередное ведро.

— Меня? Зачем?

— Что, не видишь, изба горит. Туши!

Рагнар лениво почесал свое пузо.

— Да что-то ссать не хочется, — кисло сообщил он.

Виола фыркнула, вспомнив его хвастливые побасенки по дороге в Хейдерон. Вот же два идиота! Взрослые мужики, а ведут себя, как дети малые.

Между тем в толпе заквохтали старухи:

— Ньорун всемогущий, что ж это деется! — причитала Биргит. — Как же мы теперь без сена-то?

— Ироды окаянные! — шамкала беззубая бабка в драном шерстяном платке. — Где это видано, скотину в зиму без жратвы оставить!

— У-у-у, клятый поджигатель! Найти лиходея и вздрючить как следует, чтоб неповадно было!

— Вздернуть на суку аспида поганого!

Виола невольно втянула голову в плечи. Куда бежать? В какую щель забиться, чтобы спастись от гнева разъяренных селян? Она бочком направилась было к воротам, но тут к толпе повернулсь Милдрид.

— Я знаю, кто это сделал! Я сама видела! — визгливо выпалила она. — Это…

Виола похолодела изнутри и замерла, беспомощно взирая, как обвиняющий перст медленно и неотвратимо движется в ее сторону…

— Это я, — внезапно сказал Бьорн. — Я сжег сарай.

— Ты? — присутствующие ошарашено вытаращились на него, а Милдрид так и застыла с разинутым ртом.

Он пожал плечами.

— Ну да. Это моя вина. Руки-крюки, уронил фонарь, вот все и полыхнуло… Да не убивайтесь вы так, я все возмещу. Отсыплю серебра и на сено, и на сарай, еще и сверху добавлю.

— Хм… Ну что ж, раз хозяин сказал, значит так тому и быть, — одобрила Биргит, и толпа понемногу начала расходиться.

* * *

Перекусив на скорую руку остатками вчерашней снеди, крестьяне разбрелись по своим крестьянским делам. Рагнар отправился искать кузнеца: у гнедого вчера отвалилась подкова, а Бьорн, заткнув за пояс топор, подошел к сидящей за столом Виоле.

— Пойдем прогуляемся, — предложил он.

Она вопросительно вскинула на него глаза.

— Куда?