Книга Раб моего мужа, страница 107 – Марья Зеленая

— Отличный улов, мэм!

Он ловко извлек крючок из рыбьего рта, но тут добыча вывернулась у него из рук и шлепнулась на мостки у самой воды.

— Держи ее! — воскликнула Элизабет.

Она оттолкнула от себя стул и, упав на колени, попыталась схватить рыбу. Самсон кинулся ей на подмогу.

Со смехом и нечленораздельными возгласами они ловили добычу, но рыбина так и выскальзывала из ладоней, и вместо нее Элизабет и Самсон хватали за руки друг друга.

— Стой!

— Хватай ее!

— Поймал!

Самсону почти удалось схватить рыбину, но тут она совершила отчаянный скачок, плюхнулась в воду и, вильнув на прощание хвостом, скрылась в зеленоватой глубине.

— Черт!

Разочарованно проводив добычу глазами, Элизабет посмотрела на Самсона. Их взгляды встретились, и сердце забилось сильней. Они сидели на мостках напротив друг друга, так близко, что она уловила его дыхание у себя на лице. Она увидела, как его взор опустился к ее рту, а затем ощутила, как он проводит шершавым пальцем по ее нижней губе.

— Чешуйка прилипла, — хрипло пояснил он.

Элизабет и сама не поняла, как это произошло. Какая-то неведомая сила толкнула ее вперед. Миг — и она, позабыв обо всем на свете, целует Самсона, жадно вбирая его большие мягкие губы в рот. Он не остается в долгу. Языки сталкиваются и сплетаются в жаркой пляске, пробуждая сладкие спазмы внизу живота.

Никто ее еще так не целовал. Ни Джеймс, ни поклонники до него. Она даже не подозревала, что это может быть так возбуждающе и приятно. И как во сне, она стонала и задыхалась, с упоением отвечая на поцелуй.

Не помня себя от страсти, она еще сильнее подалась вперед. Самсон сгреб ее в охапку и завалился на спину, увлекая ее за собой. Его ноги накрыло ворохом ее юбок, а Элизабет, лежа на нем, продолжала ненасытно его целовать.

Лишь ощутив под собой большой твердый бугор, она, наконец, пришла в себя.

— О, господи! — Элизабет в ужасе отпрянула, села на мостки и принялась панически озираться по сторонам.

К счастью, вокруг никого не было, но она испытала такой жгучий стыд, что казалось, будто от ее щек вот-вот пойдет дым.

Самсон вскочил на ноги и принялся торопливо оправлять на себе одежду. Его ширинка топорщилась от мощной эрекции, и, заметив это, Элизабет в смятении закрыла руками лицо. Боже, что она натворила! Что теперь Самсон о ней подумает? Потеряла голову как течная кошка. Поцеловала его, повалила на доски, чуть не запрыгнула к нему на…

— Простите, мэм, — послышался его сдавленный голос.

Убрав ладони, Элизабет увидела, что Самсон сидит перед ней на корточках.

Бархатный взгляд, притяжение красивых губ — и у нее опять сладко заныло между ног. Она невольно протянула руку и погладила его по щеке. Самсон накрыл ее ладонь своей и потерся об нее словно кот, щекоча пальцы короткой курчавой бородой.

И поцелуй, и эта невинная ласка обещали так много, а Элизабет так истосковалась по нежности и любви, что она больше не могла этому противостоять.

— Приходи ко мне сегодня ночью, — вырвалось у нее прежде, чем она успела прикусить язык.

Увидев, как изумленно расширились его глаза, Элизабет замерла.

«Боже! Какая я дура! Что я несу!» — промелькнуло у нее в голове. Она глубоко вдохнула и уже открыла рот, чтобы отшутиться, но тут Самсон тихо сказал:

— Я мечтал об этом с той самой минуты, как увидел вас.