Книга Маргаритка и чертополох, страница 107 – Марья Зеленая

— Было бы слишком самонадеянно полагать, будто ты явился потому, что соскучился по моей персоне, — насмешливо произнес он. — Поэтому я вынужден поинтересоваться: что ты делал в спальне моей жены?

Мысли лихорадочно забегали в голове. Маргарет! Не хватало, чтобы она пострадала из-за него!

Кайден облизнул губы.

— Я… В той спальне есть секретная комната. Я пробрался в замок… — Он осекся. Нельзя выдавать тайный проход! — …пробрался в телеге с сеном и спрятался, пока твоя жена спала. Она ничего не знала.

— Любопытная история, — усмехнулся Рэдклифф. — Жаль только, что я не верю в нее ни на грош… Ничего, я еще выбью из этой сучки всю правду. Но сначала займусь тобой.

Он шагнул вперед, и Кайден сжался, чувствуя, как по лбу стекает холодный пот. Он снова здесь, голый, жалкий, беззащитный, и палач опять обещает «заняться тобой».

Подойдя вплотную, Рэдклифф вдруг притянул его за затылок и поцеловал. От неожиданности Кайден не успел стиснуть зубы и ощутил, как в рот толкнулся липкий, скользкий язык. Он рывком отвернулся, и губы Рэдклиффа, мазнув по щеке, оставили на коже засыхающий след, точно по ней прополз мерзкий слизняк.

К горлу подкатила тошнота. Кайден набрал полный рот слюны и смачно харкнул Рэдклиффу в рожу.

Тот отпрянул. Ухмылка исчезла с его лица. Он медленно утерся рукавом, гневно сверкая глазами.

— Я тебя сломаю! — прошипел Рэдклифф. — Будешь снова скулить как сучка и молить о пощаде.

Он размахнулся и ударом под дых вышиб весь воздух из легких. В глазах потемнело, и Кайден согнулся насколько позволяли цепи, судорожно хватая воздух ртом.

— Тише, тише. — Рэдклифф прижал его голову к своей груди и погладил по волосам, словно мать, утешающая дитя. — Будь послушным мальчиком, и мне не придется причинять тебе боль.

— Я вырву твои кишки и затолкаю их тебе в глотку! — выдавил Кайден, пытаясь отодвинуться от его рук.

— Фу, как вульгарно! — скривился Рэдклифф. — Впрочем, чего еще ожидать от шотландского дикаря?

Его пальцы скользнули по ключице и спустились на грубый шрам от ожога под ней.

— Что это было? — усмехнулся Рэдклифф. — Каленое железо или кипящее масло? Я уж и запамятовал.

Кайден не удостоил его ответом, хотя отчетливо помнил, как надрывался от крика, когда раскаленное масло шипело на коже, выжигая плоть.

Рэдклифф погладил его по груди, пропуская между пальцами волосы, больно ущипнул за сосок. Кайден, кривясь от отвращения, стиснул зубы. Сколько унижений он вытерпел от этой скотины, а сколько еще предстоит! И самое худшее — теперь-то он точно знает, что именно его ждет.

«Разобью башку о стену, как только представится такая возможность, — пообещал он себе. — Все равно, мне не выйти отсюда живым».

Холодная рука скользнула по выбритой щеке, и Кайден пожалел, что избавился от бороды. Без нее он чувствовал себя еще беззащитней. Он дернул головой, чтобы сбросить ненавистную ладонь.

Презрительно хмыкнув, Рэдклифф отстранился. Он зашел сзади, и Кайден выгнулся, ощутив прикосновение к спине.

— Надо же, как хорошо зажило, — глумливо бросил Рэдклифф, водя пальцами по рубцам.

Кайден вспомнил, как тяжелая плетка лоскутами сдирала кожу со спины. После освобождения ему несколько недель пришлось лежать на животе. Раны загноились, и спасло его лишь то, что в них завелись опарыши, которые выели мертвую плоть.