Книга Снег на песке, страница 12 – Марья Зеленая

Между тем одна из пленниц — пожилая женщина с растрепанными седыми космами — вдруг оступилась и упала на землю. Вся процессия остановилась. Надсмотрщик подбежал к несчастной и размахнулся плетью, но тут один из рабов — крепкий светловолосый мужчина — поймал пеньковый конец хлыста и потянул его на себя.

— Не трогай ее, скотина! — прорычал он, и Бьянка с ужасом поняла, что эти рабы — хейдеронцы. Ее соотечественники!

На помощь охраннику прибежали двое других. Они принялись яростно стегать хейдеронца плетками, пока тот весь в крови не свалился на землю.

— Они же убьют его! — прошептала Мия, в отчаянии вцепившись в руку Бьянки.

— Тихо! Мы ничего не можем сделать, — прошептала та и притянула ее к себе, пытаясь заслонить от нее это неприглядное зрелище.

Наконец охранники прекратили избивать раба. Остальные несчастные помогли ему и старухе подняться на ноги, и процессия вновь продолжила свое унылое шествие.

Под покрывалами становилось жарко, и даже тень от пышных листьев не особо спасала от полуденного зноя. Над верхней губой проступила испарина, а по спине поползли струйки пота. Бьянка откинула ткань с лица, чтобы вдохнуть свежего воздуха, но один из охранников грозно шикнул на нее и задернул покрывало обратно.

Удастся ли оглушить одного из матросов, выхватить у него кинжал и перерезать ремни, стягивающие запястья? Нет. Это слишком опасно. Второй охранник ведь не будет безучастно на это смотреть. Да и куда бежать в этом городе, где все чуждо и повсюду враги? Нет. Не сейчас. Нужно дождаться более подходящего момента.

Подошел Пабло и принес девушкам пирожки с креветками и бутыль холодного персикового сока.

— Поешьте, — предложил он.

Бьянка заметила тоску в его взгляде: похоже, ему не хотелось с ней расставаться.

— Спасибо, — сказала она и шепнула. — Не забудь про письмо.

— Не забуду, — ответил тот, смущенно пряча глаза.

Бьянка поняла, что он не сдержит слова, и чуть не застонала от разочарования. Проклятый лжец! К горлу подкатила тошнота при воспоминании о тех мерзостях, что он заставил ее с ним проделывать. И все было напрасно! Наверняка, эта похотливая скотина просто выбросила конверт за борт, не желая рисковать своей шкурой. Трусливая мразь!

На берег сошел капитан. Бьянка не видела его с той жуткой ночи, и при виде массивной фигуры и самодовольной бородатой физиономии ее охватила смесь страха и ненависти. В памяти вновь всплыла тяжесть его тела, вонь перегара и блеснувший в руке кинжал.

«Я отомщу этому ублюдку, — с яростью подумала она. — Не знаю, как, но я ему отомщу!»

Наконец разгрузка была закончена. Капитан, даже не удостоив пленниц мимолетным взглядом, чему Бьянка была несказанно рада, направился в сторону большого здания с зубчатой крышей, бормоча что-то о проклятых пошлинах и чертовых декларациях.

Пабло подошел к девушкам.

— Идите за мной.

— Куда? — неприязненно буркнула Бьянка.

— В баню. Нужно подготовить вас к продаже.

Подготовить к продаже? Как товар на рынке? Словно какую-то вещь? Бьянка открыла рот, чтобы огрызнуться, но тут же поняла, что это бесполезно. Разве на корабле ею не пользовались как вещью? Разве ее тело не служило для удовлетворения чужой похоти? В лапах работорговцев она и есть товар без права голоса.

— Идем! — велел помощник, и они отправились в путь.