Книга Снег на песке, страница 143 – Марья Зеленая

Он громко заржал, довольный своей шуткой, а Бьянка распахнула синие створки и вышла на улицу. После спертого воздуха, насыщенного запахами гашиша, потных тел и приторных духов, свежий ночной ветерок показался божественно приятным. Бьянка торопливо оглянулась по сторонам — никого. Она быстро завернула за угол и юркнула в темный переулок.

Не успела она пройти и нескольких шагов, как споткнулась о что-то мягкое. Послышался сдавленный стон. Человек? Пьяный? Бьянка хотела перешагнуть через него и отправиться дальше, но что-то заставило ее остановиться. Она присела на корточки. Незнакомец был одет во все черное, поэтому Бьянка и не заметила его в темноте.

Внезапно до нее дошло. Это была ЕЕ одежда.

— Гульнара? — в ужасе прошептала она. — Что с тобой?

— Помогите, — прохрипела та.

Бьянка протянула руку, и пальцы наткнулись на что-то липкое. Кровь!

— Тебя ранили? Кто это сделал? Держись, я помогу тебе.

— Я умираю.

— Нет, не говори так!

В этой проклятой темноте ничего не видно! Бьянка подхватила обмякшее тело подмышками и поволокла к освещенному пятачку улицы. Прислонив Гульнару к стене, она опустилась рядом с ней на колени. Глаза несчастной были закрыты, вся грудь залита кровью, которая непрерывным потоком струилась из раны напротив сердца.

В памяти вспыхнули слова человека в зеленом кафтане: «О нем позаботятся». Значит, Ибрагим заметил за собой слежку, а люди незнакомца зарезали Гульнару, приняв ее за Бьянку.

От дикого чувства вины перехватило дыхание.

— Прости меня, Гульнара, пожалуйста, прости, — слезы градом покатились из глаз. — Это меня должны были убить вместо тебя.

Холодная рука слабо коснулась ее ладони.

— Не вини себя, — тихо прошелестела Гульнара. — Зато я умру свободной.

Бьянка зарыдала в голос, уже не беспокоясь о том, что ее могут услышать. Она сидела на мостовой, прижимая к себе умирающую до тех пор, пока вытекающая кровь не унесла с собой жизнь бедной девушки.

— Почему? — Амрен буравил изменника пристальным взглядом. — Почему ты предал меня, Ибрагим? Сколько тебе дали за мою жизнь?

Тот стоял на коленях на грязном полу. Его лицо выглядело болезненно зеленоватым, по лбу катились крупные капли пота, а подбородок трясся так, что было слышно, как зубы отбивают дробь.

— Это ложь! — завопил он, отчаянно дергая связанными за спиной руками. — Как ты мог поверить женщине? Она врет.

Бьянка не пошелохнулась. Бледная как мертвец, она безучастно привалилась к стене, а светло-желтый шелк ее платья был сплошь измазан кровью девушки из борделя.

— Не отпирайся! — гаркнул Амрен. — Отвечай!

— Я не понимаю, о чем ты говоришь! Она клевещет! Эта гадина хочет нас поссорить!

Мощный удар ногой отбросил предателя в угол. Скорчившись у стены, он надсадно закашлялся.

— Я не виноват! Почему ты мне не веришь? Ты променял нас на бабу! Эта ведьма околдовала тебя!

Ярость вскипела в жилах, ноздри раздулись от бешенства. Раскроить бы ублюдку череп, да рано — он еще не все рассказал. Амрен схватил его за шиворот и резко поставил на колени.

— Говори, паскуда, сколько тебе заплатили?

Тот долго молчал. Круглые блестящие глаза лихорадочно бегали по сторонам, разбитые губы что-то беззвучно шептали. Наконец он решился.

— Тебе этого не понять, Амрен, — злобно оскалился он. — Не все меряется деньгами.