Книга Избранница Смерти, страница 85 – Ребекка Хумперт

Оставшуюся часть подъема до равнины ветра Панкуэтлакалояна мы молчали. Подниматься со связанными руками было чрезвычайно трудно. Но Нан отказывался развязать веревки даже ненадолго. Потому что уже здесь бывали сильные порывы ветра, которые могли оторвать нас друг от друга. Я считала, что на уровне, где надо было преодолеть гору, я дошла до предела своих сил, но это испытание было не менее тяжелым. Марисоль всю дорогу осыпала Нана всеми мыслимыми проклятиями. И утихомирилась только тогда, когда мы закончили восхождение и вышли на своего рода плато.

После казавшегося вечностью подъема Нан остановился – так неожиданно, что я врезалась ему в спину. Я поспешно отступила и выглянула за него. Слева от нас возвышалась на редкость неровная обсидиановая стена, почти вертикально ограничивающая плато. А справа виднелась бесконечная чернота. Здесь, наверху, царила такая глубокая тьма, что она не шла ни в какое сравнение с обычным сумеречным светом подземного мира.

Я последовала указаниям Нана и плотно прижалась к стене, вцепившись руками в камень.

Ветра я пока не ощущала, но видела перед нами множество мертвых, – это означало, что от начала следующего уровня нас отделяло всего несколько шагов.

Нан взглянул на меня:

— Готова?

Я сделала глубокий вдох, в последний раз убедилась, что Марисоль тоже приготовилась, и кивнула.

И в следующий момент об этом пожалела.

Потому что совершенно не была готова к мощи этого ожидавшего нас пустынного пространства. Почти мгновенно меня дернула и потащила какая-то невидимая сила.

В отчаянии я зажмурилась, изо всех сил цепляясь за острые выступы скал. Они постоянно выскальзывали у меня из рук, и мне приходилось искать новую опору. Веревка больно врезалась мне в запястье, но эта боль только радовала. Потому что она подтверждала, что Нан все еще рядом.

Мы продвигались мучительно медленно – ветер был встречным и швырял нам в лицо свои потоки со всей мощью.

Раздавались крики душ, которые не смогли преодолеть уровень и потеряли опору на стене. Они не могли противостоять ветру. И теперь были потеряны. Но в какой-то момент мне показалось, что между этими звуками слышится что-то еще.

Через мгновение я поняла, что слышу. Множество криков. Но это были не обычные крики.

Я остановилась, прижавшись лбом к ледяному камню.

Кричали дети. И это были такие живые вопли. Отчаянные. Настоящие. Из оцепенения меня вывело прикосновение к правой руке.

— Там дети! – крикнула я. И рискнула быстро оглянуться через плечо на пустынное пространство.

— Они ненастоящие.

Голос Нана приглушала маска. И он был таким тихим по сравнению с криками. С криками о помощи.

— Они хотят заманить тебя к себе.

Я не поняла, что он имеет в виду. Слишком отчетливо я слышала детские голоса.

— Не слушай их. Я знаю, что они звучат искренне, но это ложь.

Я посмотрела налево и заметила Марисоль и Ли, которые немного отстали.

И поняла, что голоса проникали мне не в уши, а в мысли. И в сердце.

А потом я как-то отстраненно почувствовала, что перестаю держаться за стену.

Внезапно петля натянулась и дернулась, и твердое тело Нана припечатало меня к обсидиановой стене. Он резко притянул мою голову к себе, и я оказалась плотно прижата к нему грудью.

— Извини, по-другому нельзя.

Он прокричал что-то на своем языке, и Ли ответил, но порывы ветра унесли его слова. Хотя я бы все равно их не поняла. В отличие от криков о помощи.