Книга Пустыня смерти, страница 116 – Влада Мишина

Словно не услышав вопроса, Тот произнёс:

— Я благодарю тебя за вечность службы мне.

— И меня прочь погонишь? – недоверчиво спросил сфинкс.

— Нет. Я хочу подарить тебе вечность с той, которую ты любишь.

Каменные глаза слуги Трижды Великого расширились, и он замер.

— Берегите друг друга, – попросил Тот и, закрыв глаза, развеял каменную фигуру перед собой, отправляя верного друга в Дуат, туда, где на берегу реки Хапи ждала его красавица.

«А теперь надо дописать последние строки и отправляться в путь…» – думал бог.

Он развернул перед собой папирус, на котором оставалось так мало места, и вывел иероглифы:

«Легенда об Аментет и Анубисе». [Перейдите к эпилогу на странице 382]

«Легенда о царице Ифе и фараоне Кейфле». [Перейдите к эпилогу на странице 394]

Задумавшись, Тот решил добавить ещё несколько строк. «В конце концов, мироздание могло пойти совсем по иному пути, и сердце аментет Ифе было бы отдано благородному вору или грешному богу, – решил Трижды Великий. – Не могу лишить себя радости записать и такие исходы».

«Легенда о маленькой Аментет и Сете» [Перейдите к эпилогу]

«Легенда о разбойнице Ифе и Атсу» [Перейдите к эпилогу]

Легенда об Аментет и Анубисе

Дуат. Дворец Анубиса

Ифе – богиня Аментет – лежала на огромной кровати, освещённой зелёным пламенем масляных ламп, горящих по воле владельца дворца.

Анубис накрывал её своим телом, уперевшись руками с двух сторон от головы. Серьёзный взгляд зелёных глаз захватил Ифе в плен.

— Каким мне быть для тебя сегодня, моё сердце? – проникновенно спросил бог. – Нежным или властным?

— Будь собой, – прошептала она.

— Договорились, грешница Ифе-Аментет.

Девушка думала, что после этих слов бог её поцелует, но он отстранился, снимая с себя броню. Деталей одежды на Анубисе было много, казалось, он намеренно тянул, не используя свою силу. Приподнявшись на локтях, Ифе жадно следила за тем, как её взору представало всё больше обнажённого тела, и, когда на боге не осталось ничего, она коротко втянула воздух через приоткрытые губы.

«Сколько бы раз я ни видела его тело, оно не перестаёт поражать своей идеальностью… – думала она, скользя взглядом по смуглой гладкой коже, которая выглядела такой… – «Не могу подобрать слов…» Как и всегда, тело Ифе прострелило жаркое желание лизнуть заметные линии вен чуть ниже пупка.

Бог вернулся на кровать, снова нависая над ней, и она почувствовала, как его член коснулся её бедра через слои ткани. Жар и влажность, появившиеся между ног, стали почти невыносимыми.

— Тебя что-то смущает? – хрипло спросил Анубис, чувствуя, как возлюбленная заёрзала под ним.

— Одежда…

Бог притворно нахмурился, проводя носом по скуле Ифе к уху и вдыхая её запах.

— Мне одеться? – спросил он.

Девушка выгнулась, прижимаясь грудью к обнажённому телу Карателя.

— Меня смущает… моя одежда.

Анубис довольно улыбнулся, касаясь пальцами одеяния Ифе.

— Ах, твоя… Что ж, думаю, как бог, я могу проявить милость к грешнице.

На этот раз медлить он не стал. Глаза вспыхнули зелёным, и Аментет поняла, что осталась на простынях полностью обнажённой.

Анубис не стал отстраняться, чтобы осмотреть плоды своих трудов – лишь прижался губами к губам Ифе, сразу проникая между ними языком. Девушка всхлипнула от желания и закинула руки ему на спину. Теперь член бога уже без всяких преград прижимался к её животу, и Ифе до безумия жаждала его проникновения в её тело.