Книга Пустыня смерти, страница 39 – Влада Мишина

— Это не обычный оникс: с ним что-то сделали. Скорее всего, это поздняя придумка Селкет. Думаю, в стенах он тоже есть. Из-за него мы почти становимся смертными. Я говорю «почти», потому что надеюсь на это и не хочу проверять.

Ифе взглянула обратно во тьму – туда, где была Пустыня огня.

— Может, нам стоит вернуться?

— А что с зовом? Он же мучил тебя, – напомнил Сет.

— Я больше не слышу его. Вообще ничего похожего.

Грешный бог облегчённо выдохнул.

— Это меня несомненно радует! Пойдёмте-ка все обратно к нашей, хоть и нестабильной, но божественности, а то мне не очень нравится перспектива проверять мою смертность при помощи удара мизинцем о камень.

Притворно легко насвистывая, Сет двинулся в сторону сделанного им прохода.

— Прости, но мы должны идти в другую сторону, – прошептала Амт.

Бог замер, недоверчиво оборачиваясь к ней.

— Мне жаль, – повторила она, – но мы там, где нужно. Мысли Царицы…

— Да понял я, – буркнул он. – Действительно жаль.

Ифе с надеждой посмотрела на Амт.

— Значит, скрижаль где-то здесь?

— Должна быть. А зов… Наверное, это ещё одна защита. Думаю, он вернётся к тебе.

«Разумеется, без сложностей мы не обходимся, – с обречённым принятием подумала Ифе. – Надо присматривать за богами: им непривычно быть слабее».

В коридоре темницы, помимо пути возврата в Пустыню огня, был только один проход – вперёд. И все двинулись по нему с новой осторожностью, намного медленнее, чем обычно, ведь теперь смертные замедлялись под опасливые шаги богов, а не наоборот.

Коридор казался бесконечным. Идти по нему на этот раз устали все. Амт отрывисто дышала, и Ифе невольно вспомнила, как возненавидела бег, впервые возродившись. «Для того, кто никогда не знал усталости, такой путь действительно становится испытанием». Сет и Анубис чуть лучше скрывали своё состояние, но и они шли всё медленнее и медленнее. Зато Атсу, не так давно ставший богом и ещё помнящий все ощущения смертного тела, чувствовал себя прекрасно.

Наконец, когда Амт уже совсем обессилела, впереди показалось большое пространство.

Тёмное, без единого источника света, помещение было окружено колоннами, некоторые их которых были разрушены и обломками валялись на полу. По углам комнаты стояли огромные сундуки, набитые неизвестными Ифе золотыми бляшками. В центре располагался щербатый стол, а за ним возвышалась золотая статуя богини Селкет с маленьким скорпионом на голове, благодаря которому её и нельзя было не узнать.

Стоило богам шагнут в зал, как они вздохнули с облегчением.

— Моя хорошая, моя миленькая, моя любименькая… Моя сила!.. – пробормотал Сет.

Анубис тоже не удержался от призыва власти Дуата, и его глаза засветились зелёным.

— Впервые я абсолютно согласен с тобой, Сетх…

Амт пробежалась пальцами по вновь заблестевшим чешуйкам на лице, и пробормотала:

— И я согласна с вами…

Атсу тихо усмехнулся.

— Что, никто смертным стать не хочет?

— Вот только не притворяйся, что тебе не стало тут легче! – буркнул Сет.

— Стало, но явно не настолько, насколько вам.

Ифе с подозрением осмотрела богов.

— Вы… в порядке? Все силы вернулись?

— Да, но они такие же нестабильные, как во всей Та-Дешрет, – ответил Анубис. – Зато меня больше нельзя сломить, наступив на ногу.

Сет издал странный лающий звук, отдалённо напоминающий смех.