Книга Ферма в рассрочку и очень жадный дракон, страница 66 – Тая Вальд

— Значит, она не хочет вернуть себе дом, — наконец проговорил Ардан. — Это враждебное поглощение. Они хотят забрать ферму, чтобы поставить на поток всё, что ты здесь начала. Выжать из земли всё до последней капли, не глядя на то, что это значит для тебя.

— В сущности, да, — кивнул Корвин. — Поэтому ваши доказательства, ваш «портрет прогресса», — он кивнул в сторону художника, — критически важны. Нужно показать суду, что ценность создана не почвой, а человеком. Что уникален не участок, а связь между этим участком и конкретной хозяйкой. Что без тебя, Алёна, это снова станет просто полем. А они не любят рисковать деньгами.

— Они всё равно не поймут, — сорвалось у меня шёпотом. — Для них люди — это тоже просто активы. Или помехи.

— Тогда мы заставим их считать убытки, — сказал Ардан. Его рука легла мне на плечо, и по каналу связи хлынула не ярость, а холодная, отточенная решимость стратега. Он перешёл на свою территорию. Территорию расчётов, рисков и жёстких ответных ходов. — Если они хотят играть в мою игру — пожалуйста.

Корвин смотрел на нас своими нечитаемыми чёрными глазами.

— У вас есть несколько дней, — напомнил он. — Я продолжу раскопки. Узнаю, кто именно стоит за этим. А вы… будьте готовы ко всему. Роза уже показала, что не брезгует никакими методами. Если судебный процесс затянется или пойдёт не в её пользу, давление может усилиться. В любой форме.

— Что вы имеете в виду? — спросила я, уже зная ответ, но надеясь ошибиться.

— Вредительство было лишь пробой сил, — сказал Корвин, поднимаясь. — Следующим шагом может быть давление на поставщиков, подкуп свидетелей, порча уже готовой продукции перед самой подачей в суд… Всё, что снизит стоимость актива или дискредитирует нынешнего владельца. Будьте начеку.

Он отряхнул сюртук.

— Я на связи. Используйте камень в случае чего. И… да, будьте осторожны. Вы имеете дело не с обиженной женщиной, а с наёмным инструментом крупного капитала.

Он кивнул и направился к своей повозке. Мы молча смотрели, как он уезжает, и тишина после его слов гудела в ушах, как натянутая струна.

— Ну что, — раздалось рядом. Фенька подошла и ткнула меня мокрым носом в руку. — Поздравляю, хозяйка. Ты перешла в высшую лигу. Теперь твоими овощами интересуются не бабки на рынке, а драконы покрупнее. Только без крыльев, зато с тугими кошельками.

— Заткнись, Фенька, — сказал Ардан, но в его голосе не было злости. Была концентрация. Он смотрел в пустоту, и я чувствовала, как в нём работают шестерёнки, выстраивая контраргументы, просчитывая риски. — Нам нужна безупречная стратегия.

Я глубоко вздохнула, встала и отряхнула руки. Страх и гнев ещё клокотали внутри, но их уже теснило другое — ледяное, ясное понимание. Это была не сказка про злую ведьму. Это был деловой конфликт. Жёсткий, грязный, но знакомый по духу. Мне такое было не впервой.

— Ладно, — сказала я, и мой собственный голос прозвучал неожиданно твёрдо. — Раз они хотят играть в бизнес — поиграем. У нас есть несколько дней, чтобы сделать нашу «компанию» максимально прибыльной и неуязвимой на бумаге.

Я пошла через двор, чувствуя на спине взгляд Ардана. И через нашу связь шёл не просто поток решимости. Шёл чёткий, ясный сигнал, похожий на начало сложного, но понятного финансового расчёта. Мы с ним были на одной стороне баланса. А на другой — цифры, инвесторы и Роза как живой символ алчности.