Книга Ферма в рассрочку и очень жадный дракон, страница 89 – Тая Вальд

Ардан медленно сложил письмо, бережно, как величайшую ценность.

— Теперь всё сходится, — сказал он тихо. — Роза возможно что то знала, но не знала что именно надо искать. Она просто получила ферму, но не справилась с ней, набрала долгов и сбежала. А потом появилась ты. Со своим упрямством и… слухом. Спящий камень почувствовал тебя. И выдал последний, отчаянный всплеск. Ту самую силу, что мы приняли за невероятную удачу.

— А мы её раскачали, как дураки, моим зельем, — горько закончила я. — Не лечение, а допинг для умирающего. Мы заставили его выжать из себя последнее.

Я сомкнула пальцы вокруг камня, пытаясь ощутить его пульсацию. Она была редкая и слабая.

— Что нам делать? — спросила я, поднимая глаза на Ардана. — Искать знания? Аглая пишет — в книгах её предков, у тех, кто помнит древние пути. Где это всё искать? У нас скоро суд, вокруг враги, которые уже почуяли, что здесь что-то не так, а нам надо… надо заниматься археологией и магическим целительством.

Он прищурился, его взгляд стал острым, аналитическим.

— Знания — это стратегический ресурс, — произнёс он. — У меня есть доступ к обширным архивам, но они о деньгах, законах и истории кланов. Оживлять камни… это не в их компетенции.

— Может, к Агате сходить? — вклинилась Фенька, которая, кажется, уже переварила шок. — Она же сразу про дисбаланс заговорила. Чувствует, что к чему.

— Возможно, — я помялась. — Но можем ли мы ей доверить такое? Что, если она захочет забрать камень себе? Или использовать против нас?

— Тогда мы никому ничего не говорим, — твёрдо, почти жёстко сказал Ардан. — Ни слова. Ни Гасту, ни Бормику, ни даже нашему эксцентричному адвокату. Это теперь наш главный секрет. Секрет важнее суда, долга и всей этой тяжбы. Мы должны понять, что с ним делать, прежде чем впутывать кого-то ещё.

Я кивнула, сжимая камень так, что костяшки побелели.

— Значит, план такой, — сказала я. — Снаружи всё будет как обычно. Суд, работа, борьба с конкурентами. Внутри — тихая охота за информацией. Аглая писала про книги предков. Может, что-то осталось здесь? На ферме?

— На чердаке старого дома мы были лишь мельком, — вспомнил Ардан. — Там могут быть старые вещи, сундуки. Роза, судя по всему, вывезла только то, что блестело.

— Тогда после забора — сразу на чердак, — решила я. — А сейчас… — я посмотрела на камень, — куда его девать? Оставлять здесь снова — значит, рисковать.

— Носи с собой, — без раздумий посоветовала Фенька. — Пусть привыкает к твоему дыханию и биению сердца. Ты же теперь его Хранительница, что бы это ни значило. Значит, он твой. А своё всегда при себе носят.

В словах козы была логика. Я стряхнула с камня остатки земли и бережно опустила его в глубокий карман фартука.

— Ладно, — я выдохнула, будто перешагнула какой-то невидимый рубеж. — Тогда теперь доделываем забор, а вечером попробуем полить всё тем, что дала Агата. Может, её травы хоть немного успокоят землю, пока мы ищем способ разбудить Сердце.

Мы быстро засыпали яму, стараясь придать земле у корней яблони как можно более естественный вид, и пошли обратно. Но каждый шаг теперь был иным. Земля под сапогами не была просто почвой. Она была плотью, которая болела, а её жизнь — тёплым, спящим камнем — лежала у меня на груди.

Мы работали молча. Я то и дело касалась кармана, проверяя, на месте ли камень.