Книга Новая жизнь Эвелин, страница 22 – Елена Крамская

Я не отрываясь смотрела, как под нами проплывала бесконечная синева Атлантики.

Репутация Кубы как экзотической игровой площадки для богатых и знаменитых разлетелась по всей Америке. Страна стала излюбленным местом отдыха для магнатов, голливудских звезд и богемы. За последние десять лет здесь, как грибы после дождя, выросли роскошные отели, рестораны, ночные клубы, гольф-клубы и казино, рассчитанные на богатых путешественников, жаждущих роскоши и вседозволенности. Гавана была островком гедонизма в пуританском море «Сухого закона».

Мы приземлились на небольшом частном аэродроме, и первое, что ударило в лицо - это густой, влажный, пряный воздух. Он пах морем, цветами, жареным мясом, дорогими сигарами и ромом. Гавана поражала своей роскошью и одновременно какой-то нишевой ленивой красотой. Разноцветные автомобили, женщины в ярких платьях, звуки музыки, доносившиеся из каждого открытого окна. Такое впечатление, что весь мир собрался здесь, чтобы танцевать на краю вулкана.

Мне даже показалось, что я увидела Глэдис Лесли, знаменитую актрису, выходящую из сверкающего «Паккарда» у входа в отель «Санта Изабелла». Отель был великолепен. Белоснежное здание в колониальном стиле, возвышавшееся над набережной, как огромный свадебный торт.

Когда мы зашли перекусить, я рассказала Джеку все в подробностях - о своих подозрениях, о зажигалке, об анонимных письмах, о вырванной странице. Он слушал молча, и я видела, как ходят желваки на его скулах. Когда я закончила, он лишь коротко бросил:

— Найдем твою девочку, Эви. А потом я найду этого ублюдка, и он очень сильно пожалеет, что родился на свет.

Через час мы стояли в холле Жемчужины.

Это был не просто отель. Это был дворец. Огромный холл с мраморным полом, хрустальные люстры размером с небольшой дирижабль, зеркала в позолоченных рамах, и толпа красивых, беззаботных людей в бриллиантах и смокингах. В воздухе витал густой коктейль из ароматов сотен женских духов. Я на мгновение зажмурилась, ослепленная этим блеском. Я, в своем дорожном, помятом платье и с волосами, растрепанными после полета, чувствовала себя здесь как ворона среди павлинов.

Я потянула Джека за рукав.

— Эвелин, я знаю, что ты хочешь скорее найти племянницу, но Хосе - человек очень занятой. Даже если он сейчас в отеле, я бы не рассчитывал, что мы сможем вот так просто к нему подойти…

— Джек, ну Джек, послушай, - перебила я его, - Кто не рискует, тот не пьет шампанское. А я сейчас очень хочу шампанского. Идем, дорогой, я куплю тебе выпить.

— Ну что, видишь где-нибудь своего Хосе? - спросила я, оглядывая всю эту богемную публику.

— Я же предупреждал, его нелегко найти, - вздохнул Джек.

— Господи, какая же я дура, - у меня резко сменилось настроение. Отчаянная решимость сменилась всепоглощающей усталостью и безнадежностью, - С чего я взяла, что смогу выследить профессионального агента ФБР в чужой стране? Это же бред.

— Эвелин, не говори так, - Джек мягко взял меня за руку, - Мы его найдем. Я пойду пообщаюсь с персоналом, поспрашиваю, а ты посиди здесь, в баре, и постарайся не ввязываться в неприятности.

Джек растворился в толпе, а я присела за длинную стойку из красного дерева. В зале царила атмосфера вечного праздника, повсюду слышался смех, звон бокалов, и, конечно, джаз. Чернокожий музыкант за роялем виртуозно исполнял свою партию, и его музыка была единственным, что хоть как-то меня успокаивало.