Книга Новая жизнь Эвелин, страница 82 – Елена Крамская

— Вчерашним холодным кофе? Эви, его мог оставить кто угодно.

— Во-первых, его мог оставить только тот, кто сидел за этим столом, - возразила я, - А во-вторых, понюхай.

Я протянула чашку Джеку.

— Пахнет… миндалем?

— Вот именно. Горьким миндалем. А точнее - цианидом. Классика жанра! Кто-то очень любезно «приправил» его утренний кофе.

— Думаешь его отравили? Но зачем кому-то убивать простого ассистента?

— Думаю, здесь либо дело личного характера, либо он знал что-то, чего не должен был знать. И, кажется, я сейчас я узнаю, что именно.

Там же, на полке, рядом с чашкой, я увидела небольшой ежедневник Бена.

— Хм… В день своей смерти Бен должен был встретиться с журналисткой по имени Мари Танака из бостонской газеты, - прочитала я последнюю запись.

— Думаешь, она может что-то знать?

— О, я в этом почти уверена. Журналисты всегда что-то знают. Сейчас я позвоню ей и предложу встретиться. Скажу, что я его двоюродная сестра, которая хочет узнать правду.

Договорившись с Мари о встрече, уже через час мы с Джеком стояли у здания, где располагалось представительство бостонской газеты.

Мари, девушка лет двадцати трех, почти моя ровестница, с острым, проницательным взглядом и усталым лицом, предложила нам подняться к ней в кабинет.

— Спасибо, что согласились встретиться с нами, мисс Танака. Мы знаем, что перед смертью Бен Филд должен был с вами встретиться.

— Возможно. Однако я не думала, что вы приедете вместе с Джеком Хейзеном, - она смерила моего спутника холодным, изучающим взглядом.

— Простите, разве мы знакомы? - с удивлением спросил Джек.

— Нет. Но я много лет наблюдаю за вашей семьей. Именно поэтому Бен и хотел встретиться со мной. Вот, взгляните.

Мари протянула Джеку старый фотоснимок.

— Этот снимок не новый, ему лет десять. Я узнаю отца, но… кто эта женщина? - на фотографии его отец, сенатор Эвери Хейзен, нежно обнимал молодую красивую женщину, и это была определенно не мать Джека.

— Это Эвелина Лэнг. Региональный координатор во время первой избирательной кампании вашего отца. Они тесно сотрудничали. Даже очень тесно, если вы понимаете, о чем я.

— Хотите сказать, что у моего отца была интрижка на стороне?

— Судя по слухам, которые ходили в те годы, была и есть. И Бен заявил, что у него есть неопровержимые доказательства.

— Стало быть, Бен хотел нанести удар по избирательной кампании моего отца? - в голосе Джека зазвенели стальные нотки, - Хотел бы я увидеть эти ваши «доказательства».

— Ну уж нет! - лицо Мари помрачнело, - Откуда мне знать, что вы не попытаетесь уничтожить их, чтобы выставить своего отца невинной жертвой коварных политических интриг?

Она с резким стуком захлопнула свой блокнот, в котором, я была уверена, и хранилась вся нужная нам информация, и решительно встала.

— Прошу вас на выход.

Все нужные нам сведения были именно в этом блокноте. Пока Джек, нахмурившись, медленно поднимался со стула и шел к двери, я, воспользовавшись тем, что его широкая спина полностью закрывала меня от Мари, молниеносным, отточенным движением схватила блокнот со стола и спрятала его под пальто, которое все это время держала в руках. В 2026-м это назвали бы «ловкость рук и никакого мошенничества».

— Спасибо за помощь, мисс Танака, - вежливо сказал Джек, придерживая дверь и пропуская меня вперед.