Книга Жемчужина дракона, страница 189 – Марина Александрова

— То есть вы приперлись ко мне спозаранку, орали под окнами, позорили перед Ожерельем и наследником с одной-единственной целью – оправдать завихрения собственной матери. Так, что ли? – рявкнула я так, словно еще немного, и в ход пущу кулаки.

— Тогда, – нервно приосанившись, заговорила Расха, то и дело бросая встревоженные взгляды на брата, – почему она не вернулась и так написала? А? Это непохоже на нее…

— Откуда, – очень медленно заговорила я, начиная спускаться вниз и наблюдая за тем, как пятятся от меня кузены, – мне знать, какая чехарда творится у вашей матери в голове?

Если бы нас можно было сравнить с животными, то я была в их понимании чокнутым уличным котом, в то время как мои брат и сестра были миниатюрными домашними собачками из тех пород, что заводят, чтобы день и ночь чесать их и тискать.

Мне оставалась одна ступенька, когда я нарочито медленно сжала кулаки, ниже опустила голову и скривила губы в ухмылке. Расха и Эдор синхронно сделали еще один шаг назад, Рэби споро открыл дверь, а я уже сгруппировалась, чтобы пойти в атаку.

Как раз в этот момент произошло то, чего в принципе не должно было случиться… не сейчас, по крайней мере! На аллею, ведущую к моему дому, вывернул наследник, а я заорала зычным басом, прибавив драконьего рыка и глубины:

— Вон отсюда!

Расха и Эдор припустили прочь, даже не обратив особого внимания, мимо кого бегут, в то время как Китарэ смотрел на меня во все глаза, раскрыв свой красивый рот в удивленном «о». И, пожалуй, один лишь Рэби веселился, как дитя, делая ободряющие жесты и беззвучно хохоча, точно нервнобольной.

— Доброе утро, – попытавшись мило улыбнуться, кокетливо помахать рукой и хоть как-то исправить ситуацию, поздоровалась я.

— Утро, да, – пробормотал Китарэ и точно так же нелепо махнул в ответ.

— Я даже могу представить, что именно в этот момент он впервые задумался, стоит ли ему с тобой связываться для… ну… семейной жизни, – гаденько похихикивая, шептал Рэби одними губами так, чтобы Китарэ точно не услышал.

— Поздно, – фыркнула я, проходя мимо него и направляясь к все еще пребывающему в легком недоумении наследнику.

…Мне кажется, впервые за все время в храме наше Ожерелье принимало участие в общей утренней молитве действительно как единое целое. Больше не было этого странного ощущения, что есть я и они. Мы были вместе, чувствовали друг друга. Каждое движение было естественным, и нам не приходилось следить друг за другом, чтобы попасть в единый ритм. Это было просто, как дышать, достаточно лишь услышать друг друга. Как, оказывается, здорово позволить энергии просто течь сквозь тело, разрешая ей, переплетаясь в движениях, созданных специально для нее, выходить в этот мир. Это похоже на танец или песню, при помощи которых я могла бы высвободить нечто ценное и невероятно нужное этому миру – магию, силу, энергию. Пока я пела в одиночестве лишь для огня, но совсем скоро вместе со мной это смогут делать и остальные.

По завершении молитвы, когда мы уже собрались отправиться на завтрак, подошел ис Тарой и попросил ребят дать нам поговорить наедине. Думаю, конечно, он услышал мою песню и почувствовал те изменения, что коснулись моей сущности. Ребята также поняли его правильно.

— Стоит ли мне переживать? – спросил вдруг ис Тарой, глядя на меня своими удивительными фиалковыми глазами.