Книга Мой ручной Дракон Бездны, страница 63 – Элайра Вэлморн

И тут свод подземелья взорвался.

Это не был обвал или падение камней. Огромная часть каменного потолка, толщиной в десятки чи, просто разлетелась в пыль.

Вместе с дождем из щебня и земли в подземелье ворвалась Тьма. Абсолютная, сокрушительная, первозданная Бездна. Воздух в некрополе мгновенно стал плотным, температура рухнула так резко, что влага на стенах замерзла, покрывшись черным инеем.

Вурдалаки, застывшие в прыжке, были сметены ударной волной этой ауры. Их отбросило к стенам с такой силой, что их тела превратились в кровавое месиво.

Прямо передо мной, приземлившись на груду камней и раздробив их в песок, опустился Шэнь Лохао.

Но это был не тот мужчина в шелковых одеждах, которого я учила есть палочками. И это не был полностью дракон.

Передо мной стояло воплощение ночного кошмара. Его человеческая маскировка была сорвана. Черный шелк на его плечах и груди был разорван изнутри взбугрившимися, неестественно огромными мышцами. Вдоль его рук, от локтей до кончиков пальцев, проросли плотные, мерцающие в темноте обсидиановые чешуйки. Его человеческие ногти превратились в длинные, изогнутые когти, с которых капала густая черная ци. На его висках, прорывая кожу, выступили два загнутых назад рога, похожих на корону из застывшей магмы.

Но самое страшное было в его глазах. Они больше не были просто золотыми. Это были два пылающих колодца ненависти, лишенных малейшего проблеска человечности.

Он нашел меня и увидел кровь на моем разорванном плече.

Некрополь наполнился звуком, от которого у меня заложило уши. Это был не рык, а гул вибрирующей Бездны, от которого Костяные Богомолы, твари, не знающие страха, попятились назад, издавая жалкое, паническое стрекотание.

Они попытались бежать, но Лохао не собирался отпускать тех, кто посмел пустить кровь его Истинной Паре.

Он исчез со своего места, оставив после себя лишь остаточный темный след в воздухе. В следующее мгновение мужчина оказался в центре стаи отступающих Богомолов.

Я видела, как культиваторы используют магию: изящные печати, летящие мечи, потоки стихийной ци. Лохао не использовал ничего из этого. Он не творил заклинаний, а убивал голыми руками.

Его покрытая чешуей рука метнулась вперед, пробивая костяной панцирь демона четвертого ранга. Лохао погрузил когти в грудь твари, нащупал бьющееся ядро и рывком вырвал его наружу вместе с кусками плоти. Богомол рухнул, дергаясь в агонии.

Второй монстр попытался ударить его своими лезвиями. Лохао даже не обернулся, просто перехватил смертоносное костяное лезвие голой рукой. Раздался оглушительный хруст — Владыка Бездны сжал кулак, вминая кость монстра в труху, а затем он схватил тварь за шею и оторвал ей голову одним небрежным, чудовищно сильным рывком. Кровь фонтаном брызнула во все стороны, окропляя его лицо и остатки одежд.

Он двигался среди них. Жестокий, кровавый, лишенный любого изящества, кроме изящества абсолютного превосходства. Он разрывал вурдалаков пополам, ломал позвоночники Богомолам, дробил их панцири ударами кулаков, оставляя после себя лишь растерзанные куски мяса и лужи черной демонической крови.

Я стояла у колонны, зажимая рану на плече, и не могла отвести взгляд. Это была первобытная, ужасающая красота разрушения. Мой разум человека вопил от ужаса перед этой бойней, но та часть меня, что была связана с ним меткой Тьмы, смотрела на это с благоговением. Это был мой страж. Мой монстр.