Книга Чародеи. Антрацитовый час, страница 61 – Делла Фокс

Двухэтажный дом из белого кирпича не подавал никаких признаков жизни. Окна были зашторены, и лишь слабый гул наводил на мысль, что там что-то происходит. Я поднялась по выцветшим скрипучим ступенькам и с помощью железного кольца с изображённой на нём русалкой дважды постучала в дверь.

Мне открыла черноволосая девушка в чёрном топике и расклешённых джинсах с вышивкой в виде нитей ковыля. Ведьма осмотрела меня с ног до головы, ещё больше выпятила и без того надутые губы и уже собиралась что-то проронить, но я толкнула дверь и бесцеремонно вошла внутрь.

На первом этаже кухонное пространство соединялось с гостиной. В нем за длинным барным столиком колдовал бармен – в буквальном смысле. Из одних стеклянных сосудов выходили фиолетовые пузыри, из других – салатового цвета пар, сам он потягивал что-то мутно-белое из длинного прозрачного стакана. К нему тянулась очередь из девочек с цветными косичками.

В гостиной было интереснее: неразборчивый гул, он же музыка, раздавался из огромного граммофона. К нему была подключена сотня проводов и лампочек, рядом стояла стопка пластинок. Диджей – зеленоглазый гаркун со вчерашнего Мистик-маркета – делал вид, что перебирает провода, хотя пребывал в глубоком музыкальном трансе. Шумная компания, расположившаяся на угловом диване, трясла и передавала друг другу какую-то белую блестящую тряпочку. На узком длинном столе лежала спиритическая доска, мутные серые камешки, чьи-то очки и стояло шесть полупустых красивых бокалов с фиолетовой бурлящей жидкостью – один из них опрокинулся, и тонкая струйка варева вытекала на зелёный выцветший ковролин. На уродливом коричневом кресле у граммофона с каменным лицом, нога на ногу, сидела Дана, покачивая остроносой туфлей.

Я прислушалась к разговорам. Оказывается, белой штуковиной была перчатка покойного Майкла Джексона, и молодые люди сначала чуть не подрались из-за неё, так как одна половина развалившихся на диване утверждала, что это подделка, другая – что это реликвия музыкального идола. Потом все помирились, распили ежевичный живой сидр, и две блондинки начали новый спор на предмет того, кто из присутствующих умеет правильно обращаться со спиритической доской, а потом вцепились в ламинированные волосы друг друга за право вызвать духа поп-звезды.

Видимо, среди любителей нечарской культуры можно было обнаружить не только меня с Олегом, что стало удивительным для меня фактом. Покачав головой, я направилась к Дане.

— Привет.

Дана подняла на меня смуглое лицо, выдохнула сиреневый дым и кивнула мне. Идеальное чёрное каре даже не качнулось.

— Мне нужно поговорить с Эллайей, – от нетерпения уже хотелось сломать что-нибудь.

— Она будет через полчаса. Расслабься пока, выпей коктейль. Ты же у нас из «Потустороннего стиля»? Не могу вспомнить твоего лица.

Я не стала ничего отвечать, чтобы ненароком не нагрубить чародейке. Вместо этого было решено чуть лучше разведать обстановку. Сделав пять коротких вдохов-выдохов, я направилась к бару.

— Что будешь, крошка? – бородатый бармен вскинул подбородок и подмигнул мне. Оказывается, на нём были прозрачные очки на резинке, как у пловцов.

— Эм… А что вы пьёте? – я кивнула на стакан перед ним, и бармен хитро прищурился.

— Только не ходи с бокалом в зал, эти охламоны придут и выпьют всё до последней капли! – Парень достал из стола трубку и налил в высокий стакан прозрачную жидкость. Затем вынул откуда-то снизу платиновый термос, открутил крышку, и оттуда тут же пошёл пар. Бармен капнул в ёмкость немного расплавленного серебра.