Книга Чародеи. Антрацитовый час, страница 74 – Делла Фокс

— Пер чи?

А он притягивает её к себе и выдаёт:

— А гаре ку масовита!

Заприметил их Олег: он, стоя в очереди в кассу, пытался разобраться в их диалоге, а потом, стараясь выглядеть вежливым, спросил, на каком таком языке они говорят.

— Прямо сейчас – на гобло, – ответила фея. – Но толку-то от знания языка и от возможностей Сорроса! Вы знаете, на чём мы добирались?

— Нет, не знаем.

— На самолёте! Как нечары, на их железной шумной махине, готовой чуть что рухнуть вниз!

— Мы тоже летели самолётом.

— Это нормально, нет? Почему порталами пользуется только министр магии и его друзья?

Другие люди – возможно, и нелюди – в очереди навострили уши.

— Мы катимся в саму преисподнюю, в центр земли, откуда когда-то вышли! Это нормально – пользоваться магией, чтобы только разбивать яйца для омлета?

Я посмотрела на Олега: он рассматривал носки ботинок. Муж феи тихо произнёс:

— Сейчас не такие уж плохие времена. Главное – нет войны, как двадцать лет назад. Вспомни, что творилось на улицах, когда мы были детьми…

Фея смерила мужа сердитым взглядом и демонстративно замолчала.

За день до отъезда мы решили отправиться на что-то модное и современное: Олег узнал про вечеринку для нелюдей, где должен был выступать Север.

Север был легендой города, страны и всего мира – всё потому, что он создавал новый язык, новые руны, обладавшие невероятной силой. Его магия позволяла за минуту отстроить пятидесятиэтажное здание, восстановить непоправимо сломанную магическую вещь вроде волшебного зеркала, создать портал или омут памяти, что было невозможно сделать в одиночку.

На странице Севера в Карте Мага было полно иллюстраций с его авторскими гистограммами или зарисовок знаков для новых рун. Публиковались отчёты-новости с мероприятий.

Но ничего больше.

Впервые о нём заговорили, когда ему было двадцать пять лет – примерно три года назад. Север умел эпатировать публику, постоянно менял свой облик и не носил тату. Возможно, их не было видно из-под его балахонистой одежды. Чародей частенько становился лауреатом премий по чародейскому искусству и охотно заявлялся на вручение наград в компании русалок или фей.

Юный талант одновременно был источником скандалов и сплетен – в основном потому, что брал за работу деньги, и немалые. По слухам, самыми частыми его заказчиками были арабские джины, американские маги и высокопоставленные чародеи Сорроса. Ходили слухи, что своими способностями заклинатель обязан дружбе с демонами.

Никто не знал правды, а я больше склонялась верить в природный талант чародея. Ведь он просто выбрал иной путь – например, не стал офисным клерком в компании-операторе волшебных порталов, а решил создавать что-то эффектное и запоминающееся. А слухи могли распускать и завистники.

Величие и подвиги были уже никому не нужны – в отличие от славы и достатка.

Почему его звали Севером? Наверняка на совершеннолетие он сам взял себе это имя, но никто не догадывался почему. Любители его творчества рассказывали самые разные истории: в разделе «Сливки общества» новостей Карты Мага писали, что он родился в самой крайней точке севера нашей страны, но через два дня он опроверг это заявление на своей личной странице. Следом появилась череда ещё более безумных версий: он любил есть снег, он мечтал жить на Северном полюсе, у него ледяное сердце, у него холодная кровь – и даже слушок в какой-то ежедневной газетёнке, что его воспитали северные медведи.