Книга Очнуться волчицей, страница 58 – Наташа Айверс, Вивиен Ли

Он тяжело дышал мне в шею, прикусывая чувствительное место за ушком, посасывая мочку, и от этого по коже бежали мурашки. Его тихие, сдержанные стоны горячо касались моего уха, пробирая до дрожи. У меня перехватывало дыхание, сердце колотилось так, что казалось — он должен был его услышать. Я выгибалась в его руках, хваталась за его запястья, но он только крепче прижимал меня к себе, задавая темп, от которого я снова начала теряться в волнах удовольствия.

Я чувствовала, как он всё плотнее прижимается к моим бёдрам, пульсация в его подрагивающей плоти становилась всё сильнее.

— Кааай… — сорвалось у меня стоном с губ, когда он усилил нажим и глухо простонал «моя» прямо мне в ухо.

Мне вдруг до боли захотелось ощутить его внутри, слиться с ним полностью… дыхание сбилось, и я не выдержала: завела руку за голову, сжала его затылок пальцами и, вцепившись в волосы, резко притянула его к себе. Губы дрогнули, готовые признаться в моей отчаянной потребности, и я повернула голову к нему… но он не дал мне сказать — накрыл мой рот поцелуем, властным и жадным.

В тот же миг он коротко и мощно прижался, и я ощутила, как его плоть судорожно дёрнулась у самого основания, а затем, несколько пульсирующих рывков — и тягучее тепло стало растекаться по внутренней стороне моих бёдер, смешиваясь с моей влагой, оставляя влажные липкие дорожки на коже.

Его стон — хриплый, протяжный — ворвался прямо мне в рот, сплетаясь с моим дыханием, накрыл меня, заставив выгнуться в его руках. В этот миг через метку во мне вспыхнули его чувства. Я ощутила жгучее облегчение его разрядки, смешанное с яростным желанием обладания. В голове стучало: моя, только моя.

Его руки продолжали ласкать мою самую чувствительную точку в такт тому, как его естество пульсировало и всё ещё коротко тыкалось и тёрлось о мои бёдра, словно он не в силах был перестать двигаться даже после полученного удовольствия. Левой рукой он скользнул выше, оставляя влажную дорожку на моём животе, и обхватил пальцами сосок, потёр его, потянул, выбивая из меня новые дрожащие стоны и доводя до безумия. Накрыло так, что я сорвалась в новый всплеск оргазма, разделяя его наслаждение, будто мы были одним телом.

Волна схлынула, оставив меня обессиленной в его руках, а он не спешил отпускать. Его ладони продолжали скользить по моим бёдрам и животу, размазывая свою влагу по коже нарочито медленно — так, словно он оставлял на мне свою метку, невидимую, но осязаемую, как печать, которой оборотень помечает единственную.

Я тяжело дышала, всё ещё приходя в себя, когда он мягко уложил меня на бок, сам лёг сзади, укутал нас одеялом так, что мы оказались вдвоём в тесном коконе. Его влажная от пота грудь плотно прижалась к моей подрагивающей спине, ладонь погладила мой живот и поднявшись, обхватила грудь.

— Спи, — коротко сказал он, укладывая мою голову себе на предплечье, просунув под меня руку.

Я уже открыла было рот, чтобы возмутиться: кто он такой, чтобы мне приказывать? И вообще… в голове всё ещё металась дерзкая мысль: почему он так и не вошёл?.. Я даже не заметила, как пробормотала свой вопрос вслух.

Кай наклонился, горячее дыхание коснулось моего уха, и по коже пробежали табуны мурашек, разбегаясь волнами вниз — в распалённую плоть между ног.