Книга Очнуться волчицей, страница 87 – Наташа Айверс, Вивиен Ли

На миг всё стихло. Кай лежал, распластавшись на сырой земле. Четверо охранников подбежали почти одновременно — двое схватили его за передние лапы, двое за задние, — и унесли в дом.

В третий раз я пришла в себя от глухого монотонного звука. Голоса словно пробивались сквозь толщу воды — слова тонули, и лишь отдельные обрывки достигали сознания.

Я приоткрыла глаза. За прутьями клетки стояли Кай и Альрик в человеческом облике. Кай был бледен. Он сжимал кулаки, его челюсти были так крепко стиснуты, что под кожей ходили желваки. Альрик говорил тихо, сухо, почти без эмоций — как врач, объявляющий диагноз родственнику больного.

До меня урывки, но смысл я уловила. Альрик объяснял как я потеряла контроль над своей волчицей. Когда я напала, Альрика вызвали обратно, но он приехал слишком поздно. Я уже загрызла Ставера. Даже когда Арсен звал меня, я не откликнулась. Только зарычала на него так, что он в слезах убежал.

Я слушала и не могла поверить. Хотелось закричать, оправдаться, но вместо голоса из груди вырвалось лишь низкое рычание. Кай стоял, не двигаясь. Он смотрел на меня. Его взгляд был прямой, обжигающий, но не злой, а скорее отчаянный.

Голос Альрика был тихим, когда он озвучил приговор:

— Завтра на рассвете она умрёт.

Кай резко рванул к нему, хватая за ворот:

— Ты лишился своей пары и теперь рад убить мою! Ты с самого начала хотел её! А раз она не может быть твоей — так не доставайся никому⁈

В голосе — звериный хрип.

Альрик взревел, оттолкнул его и процедил сквозь зубы:

— Не смей! Не говори того, что я не смогу простить. Ты бредишь.

— Отпусти её! — Кай рычал. — Она спасла твоего сына!

Альрик качнул головой, голос его стал жёстче:

— Ты сам знаешь — я не могу. Если не убью её я, убьют другие. Одичавшую самку может прикончить любой оборотень. Ты знаешь закон.

Кай тяжело вдыхал, и вдруг его тон стал низким и страшно спокойным:

— Тогда я вызываю тебя на бой. За клан и за самку.

Повисла тишина. Альрик долго смотрел на него, затем слегка склонил голову в молчаливом согласии:

— Завтра, после похорон дяди. Но что тебе это даст? Даже если ты выиграешь, убьёшь меня, твоя жена всё равно останется вне закона. Клан Лауренсов объявит на неё охоту. Наш клан будет вынужден защищать её. Ты начнёшь войну между двумя кланами?

— Когда выиграю, — ответил Кай коротко, — заберу её и Арсена. Мы уйдём в леса. А твой клан… распущу.

— Ты понимаешь, что начнётся? — Альрик сжал кулаки. — Без вожака начнётся междоусобица. Анархия. Не факт, что ты успеешь уйти, не факт, что вы трое вообще проживёте хоть день после этого.

— Попробуем, — бросил Кай.

Альрик покачал головой; в голосе звучала усталая грусть:

— Прости, брат, я не могу тебе этого позволить. Значит, завтра умрёшь ты. Потому что Луна не допустит, чтобы погибло два клана и мой сын из-за одной одичавшей самки. И ты знаешь, что я прав.

Я вздрогнула, внутри всё похолодело: завтра один из них умрёт, а потом возможно и я.

Кай молчал, стиснув зубы; затем шагнул к клетке и тихо сказал:

— Оставь нас. Я хочу побыть с ней.

Альрик помедлил, потом махнул рукой, и охрана нехотя отошла вместе с ним.

Кай наклонился вперёд и провёл ладонью по холодным прутьям клетки. Его голос был едва слышен:

— Вернись ко мне. Обернись человеком. Прошу, любовь моя.