Книга Я не твоя невеста, страница 24 – Ника Лебедева

Мне просто было скучно, но, оказывается, для слуг и герцога мой небольшой подарок в виде штор стал большой радостью.

— Я только рада, — ответила я со смущенным смешком.

Ободрившись таким отзывом, я решила взглянуть на многочисленные таблицы и списки идей, которые принес с собой герцог. От одного только вида этих расчетов и бесконечных трат мне стало тоскливо.

— Надо же, столько работы…

Я наклонилась, чтобы бегло прочесть перечень блюд для ужина. Медвежьи ребра, оленина в меду, фаршированная щука, маринованные белые грибы… Списки — равно как и затраты — были внушительными, и ведь это я только прочитала то, что касалось еды.

Было трудно поверить, что такие масштабные планирования устраивали совсем без хозяина замка, поэтому я уточнила:

— И неужели герцог действительно не проявил никакого интереса?

Элдрик перестал шуршать бумагами и какое-то время молчал, пока я рассматривала написанное. Потом вдруг более спокойно и тихо заговорил снова, вся суетливость и торопливость этого человека мгновенно сошла на нет:

— …Могу я быть с вами честен, госпожа?

Я растерянно кивнула. Никогда не ожидала, что услышу подобное от Элдрика.

— Мы все были очень удивлены, что Его Светлость решил жениться, — поделился дворецкий, застав меня врасплох. — Конечно, про господина давно ходили слухи… и, признаться, не самые лестные. Вы и сами, должно быть, знаете.

— Про его жестокость? — деликатно преуменьшила я.

Не хотелось вот так разбрасываться прозвищами, о которых и так все слышали — тиран, монстр, чудовище, чуть ли не людоед. Тем более сейчас, после стольких дней моей спокойной жизни в замке Холдтон, ни в одно из них не верилось с прежней готовностью.

— В том числе. — Элдрик на секунду отвел взгляд. — Но и про то, что человеку его статуса непорядочно так долго оставаться в холостяках… и без наследника.

Действительно. Почему-то раньше я об этом не задумывалась. Наверное, для меня было само собой разумеющимся, что кто-то вроде отстраненного Рейгана Хессенгарда оставался без жены и детей, без близких людей в целом. Казалось, что такие личности приучены воспринимать привязанность как слабость. Для них существует только армия, вечные сражения и, может быть, верный конь.

Хотя у аристократии, конечно, свое видение на этот счет. У них оно всегда особенное.

Тем временем дворецкий продолжал:

— Однако Его Светлость никогда не интересовали сплетни. Неважно, кем его называют или считают. Господин безразличен к тем, кто не связан с делами севера, а уж тем более равнодушен к светским аристократам. — Он виновато улыбнулся. — Я имею в виду, что господин не признает тех людей, которые много говорят и мало делают. Это не относится к вам, Ваше Высочество.

“Относится или нет, я не обиделась,” — подумала я отстраненно. Куда больше меня теперь волновали мотивы Хессенгарда. “Какая муха его укусила, раз он ни с того ни с сего решил озаботиться женитьбой?”

— Тогда что же заставило его прислушаться к слухам? — вслух поинтересовалась я.

Элдрик задумчиво постучал пальцами по столешнице.

— В последнее время северные дворяне тоже стали шептаться между собой, возможно, это стало одной из причин… Насчет прочего я не могу ничем вам помочь, госпожа. — Он неловко помолчал, словно не решаясь сказать что-то еще. — Нам казалось… быть может, дело не в обществе и не в политике?