Книга Коллекционер, страница 22 – Стаси и Элен Твенти

«Либо у них тут вся деревня — выпускники школы Станиславского… либо я в полной заднице».

Осознание ударило не сразу. Сначала оно подкралось холодком по спине, а потом обрушилось ледяной лавиной, погребая под собой остатки его уверенности.

Это не шоу. Это не розыгрыш. Вилы были настоящими. Грязь была настоящей. Ярость в глазах мужика с вилами и тупое безразличие Марфы — все это было неподдельным. Актеры так не играют. Ни за какие деньги.

Эта мысль пронзила его мозг. И в этот момент его тело отреагировало. Он рванул с места, бесцельно, просто прочь от деревни, от этих пустых нечитаемых лиц. Он бежал, как не бежал никогда в жизни. Ветки хлестали по лицу, ноги вязли в грязи, но он не замечал. Им двигал ужас. Паника сдавила горло, превратившись в хриплый вой.

Он рухнул на землю где-то на опушке леса, только когда легкие начало жечь огнем. Несколько минут он просто лежал, вжимаясь лицом во влажную траву, и судорожно хватал ртом воздух.

Паника — это роскошь, которую он не мог себе позволить. Он заставил себя дышать. Вдох. Выдох. Его мозг, приученный к анализу, лихорадочно заработал, отчаянно цепляясь за логику в мире, который сошел с ума.

«Так. Спокойно. Анализируем». Он сел, оттирая грязь с лица. «Факт: я не дома. Факт: я попал сюда». Как он сюда попал? Переулок. Темнота. Алкоголь. И странное маслянистое мерцание. «Портал», — это слово даже в голове звучало дико, но это было единственное объяснение.

Если был вход, значит, должен быть и выход. Эта мысль стала его спасательным кругом. Паника отступила, сменившись деятельностью. Нужен был план. Он заставил себя думать как всегда — четко, аналитически, как на охоте.

Цель: Вернуться домой.

Задача: Воссоздать условия перехода.

Переменные:

Место: Точка прибытия. Стог сена. Он найдет его.

Время: Ночь. Это легко.

План был до абсурда прост, но он был единственным, что у него было. Это вернуло ему подобие контроля. Он поднялся на ноги и побрел обратно к деревне, но держась на расстоянии, чтобы не привлекать внимания.

Он нашел тот самый стог сена. Свое «место посадки». И принялся ждать.

Первая ночь прошла впустую. Он сидел, съежившись от холода, и всматривался в темноту, ожидая увидеть знакомое мерцание. Он вставал, ходил кругами, махал руками, пытаясь нащупать невидимую границу миров. Ничего. Ночь была просто ночью — темной, холодной и полной стрекота сверчков.

На следующий день до него дошло. Не хватало ключевого ингредиента. Он был трезв.

Задача усложнилась. В таверну Марфы ему путь был заказан, денег у него все равно не было. Пришлось импровизировать. Весь день он бродил по лесу, как первобытный человек, в поисках съедобного. К вечеру его добычей стала горсть каких-то диких ягод, переспевших и липких. ни попадали с ветки и лежали в траве, уже начав подгнивать. Алекс собрал горсть и понюхал — от них исходил кисловатый запах брожения.

«Лучше, чем ничего», — скривившись, решил Алекс. И продолжил собирательство.

Вторая ночь превратилась в жалкий фарс. Он сидел у стога и давился этой приторно-кислой гнилью. Желудок протестующе урчал, к горлу подкатывала тошнота, но он упрямо запихивал в себя липкую массу. Он заставлял себя есть то, к чему не притронулся бы даже в самом жутком похмелье в своей прошлой жизни. Голова действительно начала мутнеть, но это было не то веселое опьянение из бара. Это была тошнотворная, тяжелая, отравляющая муть.