Книга Драконы и кексики. Гувернантка для огнедышащего бастарда, страница 26 – Ева Звёздная

— Какой скандал… Да он не держит себя в руках… Вы посмотрите, трава сохнет! В высшей степени… Не ожидала…

Гости поспешно начали отходить от нашей компании с тревожными и презрительными лицами.

Княгиня метнулась к одной даме, а от неё к другой, но женщины опасливо отпрянули, закрываясь веерами.

Рагнар сделал шаг по направлению к Элдрасту, госпожа Мирабелла воздела глаза к небу и с диким воплем грохнулась без чувств на траву.

* * *

— Ей сразу первую помощь оказали, конечно. Но она так в себя и не пришла, князь сказал, нужно будет укладывать её на лечение недели на три, а лучше на месяц.

Клементина по традиции прилетела вечером к моему окну и от услышанного её уши, казалось, стали ещё больше обычного.

— Давно пора. Мымра совсем в последнее время распоясалась. Эх, князь-то какой смурной… сидит в кабинете, даже свечи на зажигает. А хотя, рассвет скоро уж. Грустно нашему дракону. Говорил что-то про падение продаж, я слышала.

Я вздохнула и отхлебнула тёплого молока — жалкая попытка нагнать на себя сон. После ночи на балу и всех переживаний я никак не могла уснуть.

Как обидно за Рагнара… Тяжело, когда от твоего поведения зависит судьба тысяч твоих подчинённых.

Мышка принялась вертеть в лапках какую-то маленькую блестящую вещицу.

— Что это там у тебя?

— Флейта Пана. От дедушки осталась. Допивай молоко и ложись поудобнее, я для тебя сыграю. Флейта волшебная, ты мигом уснёшь.

Я взбила подушку и послушно улеглась, подложив руки под голову.

Клементина поднесла флейту к мордочке и зазвучала тонкая, едва слышная мелодия.

Музыка была простой, но очень красивой и я начала засыпать. Мыслями я уже была в завтрашнем дне, но до самых сновидений меня не отпускала тревога за князя.

Прошло две недели.

Князь практически не спал, пытаясь выправить дела на производстве, которые сильно ухудшились в связи со скандалом на балу. Поползли грязные слухи…

Он приезжал в поместье помятый, уставший, но всё равно шёл в детскую к сыну или вместе с ним проводил время в саду.

Я помогала как могла, но и у меня в первые дни всё валилось из рук.

Узнав о том, что из-за каких-то невоспитанных особ у добропорядочного князя начались проблемы с делом всей его жизни, я чуть ли не кипела от возмущения.

Два дня подряд в перерывах от работы с остервенением месила тесто, готовила пирожки и булочки, пытаясь хоть как-то отвлечься.

Работа с тестом была моим личным успокоительным, но даже это не давало нужного эффекта.

Мари сетовала на мою загруженность, точно тётушка Бриджит и то и дело под удобным предлогом пыталась прогнать меня с кухни.

— Душенька, а погуляй до сада, принеси мне груш пожалуйста!

— Каких, жёлтых?

— Нет-нет! Таких зелёных с рыжим и красным пятном, одинаковыми! Пять штук.

Я возмущённо хлопала глазами, вытирая руки о передник.

— Да для чего ж непременно такие? На вкус одинаковые все…

Мари походила на клушку, которая выгоняет непослушного цыплёнка.

— А вот говорю нужны! И воздухом подышишь заодно свежим… Такие солнечные деньки стоят, а она руки портит у плиты. Кыш!

К облегчению многих, княгиня отправилась лечить нервы на круизном корабле. Путёвку, само собой, оплатил Рагнар.

— У неё там прям в каюте есть кран для подачи сока из тропических фруктов! Почему мне нельзя тоже лечить нервы? — Артур в первый же день от слуг прознал о подробностях бабулиного отпуска.