Книга Хозяйка магического источника. Я попала в тело аристократки, страница 60 – Колин Ви

— Ядовитую жижу? — переспросила я, сжав пальцы. — Ты знаешь, что это было? Как называется яд? Или, может, где-то потом учуяла похожий запах?

Кикимора будто только сейчас вынырнула из глубин своих воспоминаний. Она удивлённо — даже растерянно — посмотрела на меня. А меня уже понесло.

Значит, маги отравили источник? А хранитель, который должен был за этим следить, чем тогда занимался? А хозяин усадьбы — кажется, ты его называла водником? — тоже не смог спасти источник? Или просто истощил его, а когда понял, что магия угасает, собрал манатки и умчался в закат? Я задыхалась от напряжения.

Вот ещё чуть-чуть, и узнаю всю правду…

— Ах ты, змея хитроносая! — смущённо, но не менее обиженно выпалила кикимора и резко вскочила на ноги.

Её тонкие губы скривились от обиды, а в глазах заискрились слёзы.

А я всё пыталась нащупать ту самую нить, которая выведет меня к разгадке.

От кикиморы волнами шло то ли отчаяние, то ли злость. Словно таран, эта волна ударила мне в грудь.

— Использовать меня решила! — взвизгнула она. — Секреты выведать, а потом украсть последние крупицы магии, что ещё питают эту землю! Наверное, это ты нашего Гора отравила?! — Она ткнула в меня пальцем. — Нос у тебя хитрый! И глаза подлые! Змеюка! Вот ты кто… — Она сердито топнула ножкой и продолжила сверлить меня взглядом обиженного ребёнка.

Тонкие ноздри раздувались от злости — казалось, ещё чуть-чуть, и из ушей пойдёт пар. Гнев кикиморы достиг своего пика, выплёскиваясь, как буря из стакана.

Её возмущённая тирада наконец вырвала меня из потока собственных мыслей. Я медленно приподняла бровь и уставилась на неё, будто впервые увидела.

Жаль, я прослушала половину её гневного монолога — не успела понять, причём тут, собственно, мой нос?

— Думаешь, я потому тут месяц околачиваюсь, чтобы так глупо сбежать? — холодно протянула. — Что терплю все ваши выходки только для каких-то крупиц магий? Да у меня хватает этого добра… Мне нужно совсем другое… Кажется, мы как-то неправильно начали наши отношения. Раз уж нам всё равно придётся терпеть друг друга — давай хотя бы установим пару правил и обозначим границы дозволенного. Чтобы избегать конфликты на ровном месте.

— Каких ещё границы? — пискнула собеседница и заметно сникла.

Она смотрела на меня с интересом. Видимо, таких разговоров с ней ещё никто не вёл.

— Нет тут границ! Всё общее… Что было вашим — стало нашим… — с серьёзным видом выдала кикимора. С таким лицом врать — это, конечно, талант. Мне захотелось рассмеяться, но удержала серьёзное лицо.

— Ну, раз «было вашим — стало нашим», — протянула я сладким голосом, — пожалуй, начну с твоих прекрасных украшений. Я забираю их себе. Ты же мне только что позволила, да? Как думаешь, мне такие пойдут? — и мстительно потянулась к ракушкам, спутанным в ее зеленые колтуны.

У кикиморы глаза стали с блюдце, а кожа — из ярко-зелёной превратилась в бледно-болотную. Кажется, в её голове этот лозунг действовал только в одну сторону.

Чуть не задыхаясь от обиды и возмущения, она сделала шаг назад.

— Не пойдёт! Такие украшения идут только мне… Ты в них будешь походить на мочалку!

— И стоит думать, что мои блузки тоже только тебе идут? — прищурилась я, указав подбородком на серо-голубую блузку с прозрачными пуговицами и тонкой ленточкой на талии.