Книга Соната Ужа, страница 73 – Ника Ракитина

Варилась она в самой гуще событий. И скоро Агле узнала все. Как белокурый Нель, воротившись из ночного бродяжничества весь в болотной грязи, вызвал сохнущих по нему, млеющих служанок и потребовал чистой одежды и горячей воды для умывания..

И пока девицы готовили то, что красавчику было нужно, у себя в комнате собирался прилечь. Дальше события развивались стремительно. И вопль барона Наталья услышала самолично. Сунула нос в двери и остолбенела.

Княжна Михалина Ауле и Рушенец лежала в его постели с распущенными рыжими волосами, и из одежды на ней был только янтарный обручальный браслет.

Барон орал на долговязую так громко, что Наталья смогла сбежать и воротилась уже с подмогой: графом, то есть, князем.. князем же Витольдом и Рошалем. И ладно, что похожий ликом на мореный дуб законник пошел с ними, иначе точно бы случилось смертоубийство. Кто-нибудь пал бы от княжьей руки: или Майка, или барон, а скорее, Наталья как неугодный свидетель происшедшего.

— Она мне еще и руку прокусила, ну, в тот раз, — повертела та пухлой ладонью, сейчас вполне целой.

— Дальше, — Агле откашлялась.

А что дальше? Девчонка взвизгнула. Витольд отвесил Берешу оплеуху. Рошаль, приподняв брови, отвернулся.

— Платье ей принеси, — процедил граф. — И не вздумай кому-либо брякнуть, что здесь увидела!

А она что, болтливая? Любопытная, это да. Выскочила шумно, а взад прокралась на цыпочках, держа туфли в руках. И к замочной скважине прилипла.

Витольд наложил засов и за плечо тянул Майку с постели. Наталья уверена была: не убьет шлюху дочку, так точно покалечит.

— Что здесь происходит, лешак подери?! — держась за щеку, рявкнул Нель.

— Это я у тебя должен спросить! — граф швырнул в барона окровавленную простыню. Лоно Майки тоже было в крови. Наталья точно видела.

— Как можно дважды девственности лишиться? — недоумевала она, приходя в себя. — Князь Вакарас ее любит, она с ним была, я подслушала, обручение завтра уже. То есть, сегодня.

— Заткнись! Дальше что было?

От пальцев Агле на пышных плечах Натальи, должно быть, появились синяки.

— Дальше барон орать стал, что это ты виновата. Подучила девицу, как его охомутать. Или та сама все придумала. Она же ребенок избалованный, желающий непременно получить то, на что положила глаз.

Скула, судя по тому, как светловолосый красавчик ее тер, сильно болела. Наталья ему сочувствовала. И что он брал Майку силой, не верила. Может, и кровь была вовсе куриная. Надо ж невинность показать!

А сама кусается...

Вместе с Натальей они дошли до двери в покои Береша. Витольд внутри продолжал орать:

— И у тебя я тоже спрошу! Забыла, что ты сговорена?! Оглашение завтра! Сегодня...

— Я не сговорена! — крикнула Майка. — Не пойду за другого, только за Неля!

— Я ее пальцем не тронул, — бросил барон.

— А кровь?

— Месячные могут быть, — урчал, ровно кот, Рошаль, успокаивая взбешенного князя. — Дождемся Натальи, пусть проверит ее на девственность.

— Я лучше умру!

Дверь резко отлетела к стене. Нянька шарахнулась, дернув Агле. Майка проскочила мимо, волоча за собой одеяло, и кинулась в темноту.

— Майка, стой!!!

Нель, Витольд и Анри с топотом бежали сзади.

1492 год, июнь. Замок Ауле и окрестности

— Да к лешаку пусть сами разбираются! — взвыла Наталья, шваркнув об пол своим свертком. И широко зашагала досыпать. Ведьма, радуясь, что не столкнулась с нянькой в Майкиных покоях, подхватила платье и кинулась за остальными. В этой части замка стражи у покоев не было. Черная, непроглядная кишка коридора уводила куда-то вниз. И Майкиным голым прелестям свидетелей не было.