Книга Попадись в мои когти, страница 139 – Ксения Кирина

Камень (а камень ли?) практически раскалился, быстро впитывая мою кровь. Взамен начали проступать рельефные витиеватые символы неизвестного мне языка.

Мира бросилась вперед и повела кончиками пальцев по изгибам и завитушкам, подбирая смыслы. Я видела, как ее губы беззвучно шевелятся; взгляд метался туда-сюда, стараясь ничего не упустить.

Смысловеры-лингвисты читают не только глазами, но и через все остальные органы восприятия. Нельзя ожидать, что пророчество будет верно постигнуто любым сознанием, поскольку одни и те же слова в разных языках могут обладать полярно разным значением. В этом и состоит задача смысловера-лингвиста — обработать текст до правильного понимания всеми. Малейшая ошибка в таких делах может стоить сохранности целого мира.

Поэтому я терпеть не могу пророчества, особенно исторгнутые самой Тайной Магией. Они размыты и в то же время предельно ясны, но если ты, будучи частью пророчества, чего-то не понял и сделал ложное движение, все полетит… опять на Демоновы Рожищи. Самое забавное во всем этом то, что я никогда не работала с пророчествами — все мое предубеждение относится к полученным от других смысловеров сведениям. Теперь к этому добавилась личная неприязнь — а с чего это я должна свою кровь (драгоценную не только потому, что она моя!) на какие-то непонятные закорючки переводить⁈

Когда Мира заговорила — медленно, протяжно, процеживая каждый звук, — ее голос слился со странным эхом, произносящим другие слова, на ином языке.

По позвоночнику мягкими лапками пробежала дрожь.

Конец и начало означены кровью.

Нож ритуальный не знает покоя.

Злодейство рождает всегда злодеянье,

Боль повлечёт за собою страданье.

На мир изрешеченный, ждущий героя,

Рыцарей Белых приходится трое —

Принцессе принадлежит вереница,

Лишь одному доведётся явиться

Из Света и Мрака, кипящего яду.

Голову срубит он злобному Гаду

Клинком, что выкован был погорельцем

И закалён в кровотоке из сердца;

Взялся за неблагодарное дело

Меч, извлечённый из мертвого тела.

В баталии Рыцари сходятся — трое,

Но бесконечность драконов укроет.

Молчание громче окажется хора.

Вырвется тьма из змеиного горла.

В лес, что окутан зелёным туманом,

Рыцарь спешит на охоту за камнем,

Кожу с проклятия снимет принцесса,

Плотно сомкнётся чужая завеса,

В небе раскроются чёрные крылья.

Чёрной рассеются демоны пылью.

Пламя драконово в ключ переплавит

Крови напившийся нож ритуальный.

Истинное пророчество. Причем истинное не потому, что это рифмованный и довольно-таки туманный текст, а потому, что оно опирается на определенные условия, при этом подгоняя под себя факты. И это значит, что результат в конечном итоге будет тем, который озвучен — ритуальный нож станет ключом.

Мать моя драконица, это ж надо так умудриться пересказывать текст, чтобы от него оставались рожки да ножки! Фигурантов-то в деле навалом. Принцесса напрямую участвует в действе, и становится понятно, зачем она понадобилась Гигроссулу и почему так рвалась с нами к Камню. Она либо что-то выяснила во время пребывания в Изнутрин, либо тоже догадалась о собственной значимости для некроманта. В любом случае — в сообразительности Ее Высочеству не откажешь… Рыцари, оказывается, присутствуют аж в трех экземплярах (но, я так понимаю, именно наш убьет Гада), где носит остальных — неизвестно. Черные крылья… Буквальное выражение или фигуральное? В первом случае можно было бы предположить, что речь идет о моем участии (мама сюда точно не прилетит, а других черных драконов здесь не наблюдалось), во втором же… все усложнялось. Подумать только: я заявила Суданскому, что у него одна-единственная задача — обезглавливание, а на деле целый список! Еще и Камень какой-то искать. Вот будет смеху, если вот этот самый, возле которого мы топчемся. Если, опять-таки, речь идет именно об Артеме. Подтверждений было более чем достаточно, но нельзя исключать неизвестные переменные.