Книга Попадись в мои когти, страница 231 – Ксения Кирина

Последний молча изучил раскуроченный пейзаж и наконец-то замершее тело, подошел к голове и вдруг пнул ее так, что она улетела прочь, лязгая зубами. Нас с Артемом передернуло.

Вот тебе и сотрудничество с некромантом.

— Господин, принцесса сбежала! — проскулил де Шоссэ, косясь на труп сообщника.

Красуантии и впрямь не наблюдалось поблизости — и не слышалось.

— Далеко не убежит, — бросил в ответ колдун. — Пророчество все-таки сбывается, чтоб его.

— Пора свершить предначертанное и прикончить тварь? — де Шоссэ встрепенулся и уставился на меня.

— Еще не время.

— Я прямо здесь стою! — возмутилась я.

— И тебе есть, что сказать, драконица? — с кривой усмешкой спросил Гигроссул.

— Мне есть, — внезапно подал голос Артем.

— К сожалению, ты ничего нового для нас не скажешь, — некромант нарочито неторопливым движением размял пальцы. — Ты сделал то, ради чего сюда попал, и престал быть Избранным. Твой меч теперь всего-навсего оружие, не артефакт, кровь убитого Чужеяда уничтожила магию.

Суданский прикусил губу, не найдясь с ответом.

— И поэтому ты не позволяешь своему верному песику на меня напасть? — спросила я. — Чтобы его меч не перестал быть артефактом?

Провокация сработала — де Шоссэ взвился:

— Да как ты смеешь, девка…

— Уймись! — прикрикнул на него Гигроссул. Зря.

— Хватит! — заорал как ненормальный не-наш рыцарь (а куда он, интересно, свою наголовную кастрюлю подевал?). — Я тебе не слуга! Ты говорил, что я должен убить черную тварь, и я ее убью!

Суданский, мгновенно нарушив все мои планы, метнулся на опережение. Клинки — Белый и Черный — со звоном скрестились. И практически сразу же стало ясно, что Артем теснит своего противника.

Гигроссул злобно выругался и повернулся к трупу.

— Только попробуй, — предупредила я, сжимая кулаки. — Я тебе не эльфы, на меня твои фокусы не подействуют!

— Проверим? — некромант сделал вращающее движение кистью, и все, что было у меня под ногами — участок почвы, трава, шишки — вмиг сгнило. Мои ботинки завязли в мерзкой жиже.

И вот тогда я наконец-то обозлилась.

Конечно, знай я заранее, что это еще далеко не все неприятности толком не начавшегося утра, еще и не так бы взбесилась! Хотя в этом случае, возможно, последствия были бы иными.

В два рывка ногами освободившись от застрявшей обуви, я коршуном кинулась на Гигроссула. И наконец-то он испугался — подхватил полы мантии и бросился удирать, по пересеченной-то местности! Естественно, я (пусть и в носках, что в лесу неудобно) в два счета его догнала, эффектным прыжком сбила с ног, приземлившись ему на спину, и сомкнула руки на тощей шее.

Только чудо — сама Тайная Магия, не иначе — удержала меня от убийства. Я была ослеплена яростью настолько, что еще секунда — и голыми руками оторвала бы Гигроссулу голову. Магия также, полагаю, остановила и Чужеяда, когда у него была возможность раскатать Суданского в блинчик… или же бешенство Гада было направлено на меня, поэтому рыцарю повезло; гадать, как обычно, можно до бесконечности.

К слову, о гадании: колдун то ли почувствовал мою заминку, то ли сделал то, что и собирался сделать — выцепил из кармана штанов крохотный пузырек и ногтем поддел крышечку. Граната, подумала я и зажмурилась. Но все оказалось намного хуже.

Это была кровь Чужеяда. Всего несколько капель, но, выплеснувшись, они прожгли мне бедро — по ощущениям, сразу до самой кости.