Книга Единою судьбой. Плата за свободу, страница 65 – Елена Помазуева

— Прошу меня простить, ваше высочество, - мелодичный голос прозвучал в полнейшей тишине. – Мне пора уходить.

Асоль спокойно поднялась и направилась за кулисы. Леон едва успел удержать друга, подскочившего на месте. Порывистый Тьери хотел последовать за девушкой, попытаться успокоить.

— Ваше высочество, остановитесь. Ей достаточно общения с вашим братом. Позвольте ей отдохнуть, - охладил пыл принца Шторм.

— Верно. Но каков наглец, - прошипел возмущенно Тьери.

Принц Хван некоторое время сидел мрачнее тучи, глядя перед собой. После ухода Асоль полог зацепился и открывал небольшую полосу между штор.

Таверну друзья покинули после ухода старшего наследника. По дороге его высочество то восхищался талантливой танцовщицей, то возмущался на поведение брата. Шторм по привычке отмалчивался, лишь иногда прося друга соблюдать осторожность в высказываниях.

На следующий день они поторопились на представление, но с огорчением узнали, что Асоль не будет выступать.

Учебная декада длилась невыносимо долго. Изучение магии не отвлекало от мыслей о танцовщице, оставшейся один на один с принцем Хваном. Как оказалось, многие учащиеся в академии видели выступления. Вечерами только и говорили, насколько актриса очаровательна. Каждый из наследников горел желанием познакомиться с ней, чем вызывал у Леона неприятное, тянущее в груди чувство. По какой-то иррациональной причине он считал Асоль своей. Он первый ее встретил и обратил внимание. Он первый купил ее картины. А теперь каждый из его знакомых претендовал на ее внимание. Чувство ревности Шторм унимал с трудом.

Едва наступили выходные, друзья поторопились в таверну. Отдельная ложа не предназначалась принцу Хвану. Это обстоятельство чрезвычайно обрадовало обоих. Они наслаждались танцем, сказкой о цветах, высаженных влюбленной девушкой. Девушка рассказала о своих чувствах прекрасным растениям и попросила передать ее слова молодому человеку. История любви получилась милой и трогательной, вызвавшей улыбку на губах зрителей. Они не желали уходить, ожидая нового рассказа.

Когда Асоль ушла за кулисы, его высочество не выдержал и отправился следом. Шторм последовал за ним. Пришлось преодолеть сопротивление слуг, не позволявших нарушить уединение актрисы. Вызванный переполох заставил выглянуть из комнаты девушку, прислуживающую танцовщице.

— Спросите, может ли госпожа Асоль нас принять? – спросил принц Тьери.

— Госпожа отдыхает! – попыталась захлопнуть дверь она.

— Покажите ей это, - Шторм успел протянуть свернутый рисунок.

Некоторое время они стояли в полумраке коридора, ощущая крепкие запахи, скопившиеся в тесном пространстве без окон. Мужчины недобро посматривали на непрошенных гостей, ожидая решения госпожи.

— Молодой господин? – выглянула сама Асоль. – Заходите.

— Госпожа, ваш рассказ … - воодушевленно начал говорить принц Тьери.

— Вы не пришли на наше последнее представление, - словно не слыша, о чем ей говорят, девушка смотрела, не отрываясь, на Леона.

— Да. Я его пропустил, - подтвердил Шторм. – Вернулся через два дня, но вы покинули улицу.

— Вы знакомы? – удивленно переспросил его высочество.

— Рисунки, которые вы посчитали неправильными, нарисовала во время выступления госпожа Асоль, - вежливо ответил Леон.

— Я понятия не имел, как они создавались! – покаялся принц. – Но сейчас хочу высказать свое восхищение …