Книга Трактир графини Оболенской, страница 90 – Мария Геррер

Уваров не задержался, попробовал сбитень, приготовленный Глафирой, оценил ее пирожки с капустой и откланялся:

— Все было великолепно. Буду заглядывать при случае, — он пожал мою руку. А я так хотела, чтобы он поцеловал ее. Сегодня я бы не отдернула ее.

— Вы всегда желанный гость, — заверила Кирилла. — И здесь, и в моем доме.

Чуть не сказала, в будуаре, но вовремя спохватилась.

— А у нас новости, — прошептала Ольга, глядя вслед удаляющегося босса. — Вы, наверное, расстроитесь? — вопросительно посмотрела она на меня.

— Не думаю, — я села на место Уварова, отодвинула пустую тарелку. Официант тут же убрал использованную посуду. — Пожалуйста, клюквенный морс, — попросила его.

— Итак, в вашего мужа две любовницы — молодая вдова княгиня Звенигородская. И вторая — ваша компаньонка мадемуазель Карденье. Предпочтение Сергей Николаевич отдает вашей компаньонке.

— Где они встречаются?

— С графиней иногда в гостинице «Бристоль». Но чаще у нее дома. Днем, разумеется. А с Карденье в меблированных комнатах Сазонова. Тоже только днем.

Значит, за руку я буду ловить Сержа с Шарлоттой. Хотя не «с Шарлоттой», а «на Шарлотте». И не за руку, а как бы это помягче выразиться?.. За прелюбодеянием.

Первый день работы трактира принес отличную прибыль. Если так пойдет дальше я смогу достаточно быстро вернуть потраченные Сержем деньги. Главное не почивать на лаврах — конкуренты не дремлют, да и недруги тоже.

Уже на следующий день управляющий Востриков доложил, что нам пытались подбросить трех крыс. Злоумышленники были пойманы за руку и отведены в полицейский участок. Они признались, что их нанял лично Алексей Кузьмин. Вот тебе и солидный ресторатор! Какие грязные методы борьбы с соперником! Я до такого никогда не опущусь.

Разумеется, я немедленно обратилась к журналистам, и обличительная статья вышла уже в вечерней газете. Никому не позволю чернить мое заведение!

И в тот же вечер нас посетила маман Сержа. Она соизволила сесть со мной за один стол за ужином.

— Предполагаю, бесполезно взывать к твоему разуму, — издалека начала она.

«Раз бесполезно, так чего начинать разговор?» — хотелось спросить мне. Но пусть выскажется, надо знать, что на этот раз ее не устроило.

— Ты открыла трактир и посмела поместить на вывеске наше имя. Я требую убрать его с этого вертепа.

— Я бы с удовольствием, Ирина Александровна, но я же ношу эту фамилию. Так что ничего не поделать.

— Не эту, а нашу. НАШУ! — повысила голос Ирина Александровна. — Ты позоришь род Оболенских. Мало того, что он из-за тебя пресечется, так ты еще и унижаешь нас. Представительница нашего рода не может содержать какой-то затрапезный трактир!

— Я уже говорила, что готова развестись с Сергеем. Он сможет построить новую семью, вторая жена родит ему кучу детишек. Все будет жить долго и счастливо, включая меня. И тогда на трактире появится моя девичья фамилия — Барышевская.

— Барышкина! — взорвалась свекровь. — Ты — купчиха, не забывайся, говоря с потомственной графиней, — гордо вздернула она голову.

— Нет, именно Барышевская. Эту фамилию я приобрела вместе с дворянством, доставшимся мне от отца.

— С тобой невозможно разговаривать! — Серж бросил на тарелку серебряные приборы, резко поднялся и заходил по столовой туда-сюда как маятник. — Ты совершенно не уважаешь мою матушку. Как ты с ней разговариваешь?