Книга Трактир графини Оболенской, страница 99 – Мария Геррер

Я отошла от окна, не в силах понять, что происходит.

— Это не я, — продолжал тарабанить Серж.

— Позвольте, я заберу копье, — подошел к нам бледный Рене. Он глядел на меня расширенными от ужаса синими глазами.

— Нет. Это улика, не надо ее всем трогать, — сообразила я. — Сергей, поставь оружие в угол.

Муж повиновался и продолжил растеряно смотреть на меня.

На полу у своих ног увидела смятый шелковый чулок:

— И это тоже не трогать до прихода полиции.

На пороге появился Захар, комкая в руках форменную фуражку.

— Представилась мадемуазель, — возвестил он и печально склонил голову. — Жаль, молодая совсем, и не пожила толком.

— Захар, пожалуйста, помоги городовому разогнать зевак. И накрой Шарлотту чем-нибудь… Хоть покрывалом, что ли…

Не дело ей вот так лежать перед любопытными прохожими.

По лицу Севрье пробежала болезненная судорога. Хотя он и брачный аферист, а сочувствия у Рене к Шарлотте больше, чем у меня. Я не испытывала жалость, только ужас от увиденного. Возможно, сочувствие придет позже.

А вдруг Шарлотта сама прыгнула? Вдруг Серж и правда просто подобрал упавшую со стены пику? Ведь крови на оружии я не заметила. Может, Шарлотта ее случайно уронила? Но зачем ей трогать копье, а потом кидаться из окна? Мысли метались в голове, скакали с одного на другое.

Если это самоубийство, тогда в смерти компаньонки виновата я. От одной этой мысли меня бросило в холодный пот. Я резко разговаривала с ней, практически обрекла на нищету. Кто возьмет на службу девушку с запятнанной репутацией? Пусть она и была любовницей Сержа, но смерти я ей не желала. И как мне жить с этим?

Попыталась мыслить здраво. Нет, копье тут появилось не просто так. И то, что на нем нет крови тоже странно.

— Сергей, позови Настю, — приказала мужу.

Эту комнату я не покину до приезда полиции. Мало ли что может пропасть из улик.

— Я могу позвать, — поспешно произнес Сервье.

— Да, будьте добры, — кивнула ему.

— Аня, милая, ты мне веришь? — вцепился в мою руку Серж. — Клянусь, я говорю правду.

— Пожалуйста, возьми себя в руки, — одернула его. — Полиция во всем разберется.

— И что мне теперь делать? — задал он глупый вопрос.

— Ты о чем? — не поняла я.

— Меня же посадят в тюрьму… — выдохнул он с отчаянием.

— Не ной, — его слова отвлекали меня от мыслей. — И не паникуй раньше времени.

Неужели Шарлотта все-таки покончила жизнь самоубийством? Эта страшная мысль до боли сверлила мозг. Чувство еще недоказанной вины уже захватывала все мое существо. Сердце билось ровно, но в груди поселился страшный холод.

Сейчас мне хотелось только одного — чтобы никто не отвлекал меня. Мне надо понять, что произошло, какими последствиями это чревато и что мне делать?

— Что прикажете, Анна Ильинична? — пролепетала Настя, боязливо входя в комнату. За ней маячила перепуганная физиономия Рене Сервье.

— Ты полицию вызвала?

— Да.

— В контору Уварова позвонила?

— Да.

— Отлично, — я начала потихоньку приходить в себя. — Вернись в мой кабинет. В том же блокноте найдешь телефон Оглоблина. Позвони ему, расскажи, что случилось и попроси немедленно приехать. Если он не возьмет трубку, ниже записан телефон морга. Позвони туда, скажи, что от графини Оболенской и потребуй Оглоблина. Он мне нужен тут и чем скорее, тем лучше.

Настя коротко кивнула и выскочила из комнаты.