Книга Королева выполняет обещание, страница 203 – Татьяна Миненкова

— Идём, нам нужно поговорить, — произносит он и, осторожно взяв за локоть, практически затаскивает меня в ЗАГС.

Что же, так даже лучше. Снова я в этом коридоре. Снова злюсь и готова ссориться. Правда, внутри всё дрожит и трепещет, от того, что Елисей рядом. И злость быстро сменяется совершенно другими чувствами, непрошенными и абсолютно неуместными с учетом ситуации.

— Князев, что происходит? — Мой голос слишком высокий и жалостливый. — Да, я может и ранила тебя, но я нас обоих ранила, и вообще десять раз извинилась!Неужели ты так сильно меня ненавидишь?! Родители и Савка — это уже слишком! Я понятия не имею, как именно ты их убедил, но им нечего делать на твоей свадьбе!

Я снова готова расплакаться. Мне казалось, что я ко всему готова, но ситуация вышла из-под контроля. Связь с реальностью окончательно исчезает после того, как Лис тихо спрашивает:

— А на нашей?

Хорошо, что его руки стискивают предплечья, иначе я бы на ногах не устояла.На нашей. Не верю. Этого же быть не может, правда? Сердце подскакивает к горлу, мешает дышать, а глаза снова становятся мокрыми. Пытаюсь понять, не пошутил ли он, но на лице Елисея нет и намека на улыбку, кажется даже, что он напряжен еще больше, чем я. С трудом обретя дар речи осторожно спрашиваю:

— А как же твоя невеста? Что с ней стало, когда ты передумал?

Может быть, был какой-то переломный момент, которого я не уловила? Что-то, заставившее Князева изменить планы? Хотя я до сих пор не понимаю происходящего и кажется, что всё это сон. Что если ущипнуть себя за локоть — я проснусь и выяснился, что Лис всё ещё в Москве и возвращаться не собирается. Но он здесь. Так близко, что я слышу его дыхание:

— Не было никакой другой невесты, Ниса. Ею с самого начала была ты.

Из груди неконтролируемо вырывается короткий всхлип:

— Тогда я вообще ничего не понимаю. Все ведь с самого начала знали о твоей свадьбе. Ты ведь вернулся сюда… чтобы жениться!

В коридоре тихо. Только музыка где-то приглушенно играет.Кажется, тоже Шопен. Неуверенная улыбка всё же трогает его губы:

— Десять лет назад, в твой день рождения, ты обещала выйти за меня замуж.Кажется даже не один раз. А я обещал на тебе жениться. И вернулся, чтобы мы оба могли выполнить свои обещания. Если ты к этому готова, конечно.

Князев отпускает мои предплечья, берет со столика картонную коробку, чуть больше обувной, и протягивает мне. Я в таком ступоре, что беру её, но открыть отчего-то не решаюсь.

— А кто тебе весь вечер звонил вчера? — Рассеянно верчу коробку в руках, силясь поверить в происходящее.

То, о чём он сказал, не укладывается в голове. Я ведь действительно обещала ему когда-то, но мне казалось, что после моего исчезновения и его отъезда это обещание аннулировалось, забылось, исчезло, стало неактуальным.

— Твоя мать, Лиза и Ксюша.

Значит это маму он вчера привёз из аэропорта, у Лизки — его сестры что-то случилось с платьем. А Ксенька, наверное, только вчера узнала о том, на чью именно свадьбу по-настоящему приглашена. Понимаю, почему Лис не сказал ей раньше — она не очень хорошо умеет хранить секреты.

— Ты говорил мне в лицо, что любишь свою невесту! — напоминаю я, вспомнив о том, каково было это слышать.

— А ты думаешь, я терпел бы всё это, если бы тебя не любил? — с усмешкой парирует он.