Книга Письма из Терра Арссе, страница 153 – Татьяна Миненкова

Вот и теперь, когда король в привычном для него, угрожающем тоне упомянул о башне, я нахмурилась, примерно зная, в какую сторону повернет наш разговор.

— Собираешься угрожать тем, чтобы отправить меня туда? — Спросила я, предугадав, по моему мнению, ход его кровожадных мыслей.

— Было бы неплохо, — ответил он. — Вот только нелогично.

— Почему? — Не поняла я.

— Потому что, если ты сбежишь, то, чтобы отправить тебя туда, придется сначала дождаться твоего возвращения.

— И что же тогда логично?

— Логично было поместить в нее твоего дружка Бэттлера, в качестве гарантий твоего хорошего поведения на встрече в Глиндале. Что я и сделал, — он усмехнулся, довольный собой и ожидая моей реакции.

Все это время мы общались, не глядя друг на друга. Наши взгляды были устремлены на огонь в костре, но эти слова заставили меня повернуться и посмотреть на него, чтобы удостовериться, что он действительно это сказал и переварить услышанное.

Глубоко вдохнула свежий и холодный ночной воздух. Он обжег ледяным дыханием ноздри и легкие, и я чуть было не закашлялась. Сначала внутри словно что-то оборвалось. В следующее мгновение во мне вскипели гнев, отчаяние и ужас.

— Что ты сделал? — Переспросила, не веря.

Пока я думала, не сильно ли Ари задергают в замковых темницах, мой облеченный властью брат обрек его на страдания в Драконьей башне. Кроме того, Виктор дождался нашего отъезда из замка, чтобы я уже ничего не могла в этой ситуации изменить.

Да и что бы я могла предпринять? Разве что уговорить маму как-то повлиять на брата или наобещать ему, что буду подчиняться его воле, только бы он отпустил ни в чем не повинного человека. Но теперь и эта возможность была безнадежно упущена. Что бы я теперь не сделала и не сказала, я никак не помогу Ари Бэттлеру. И Виктор прекрасно это понимал.

— Что слышала, — отозвался он. — Теперь на переговорах с лимерийцами ты будешь убедительно изображать самую очаровательную из принцесс, расскажешь им, в какой восторг тебя приводит перспектива брака с их наследником и будешь улыбаться им во все зубы, поняла?

— Какой же ты мерзкий, жестокий и бесчеловечный! Терпеть тебя не могу, — прошипела я, сжав кулаки от гнева и отчаяния.

Гхаров манипулятор! Как хорошо он все просчитал. И как мне теперь сбежать? Ведь в случае моего побега пострадает невинный человек. А мне потом как-то жить с ответственностью за это.

— А ты глупая, слабовольная и избалованная дрянь. И прекрасно знаешь, что наши чувства взаимны, — ответил король, довольно ухмыльнувшись. От него не укрылась моя реакция на его слова. — Теперь судьба твоего дружка в твоих руках.

— Он ведь ни в чем не виноват! — Простонала я. — Как же ты можешь быть таким несправедливым? Как ты спишь вообще по ночам после того, как принимаешь такие жестокие решения?

Я вскочила с бревна, на котором сидела и сделала пару шагов, чтобы подойти ближе к брату. Сопровождающие не должны были нас слышать, а мне хотелось закричать, и я сдерживалась из последних сил, потому что эмоции переполняли меня и искали выхода.

— Отлично сплю, — спокойно ответил он. — Такова тяжелая доля монарха. И я давно уже с ней смирился. Теперь осталось дождаться, когда ты смиришься со своей. Тогда и от тебя будет, какой-никакой, толк.

Когда Виктор смотрел на меня, его зрачки сужались, а верхняя губа подрагивала, периодически обнажая зубы. У меня не было сомнений в том, что я ему так же отвратительна, как и он мне. Кто его знает, возможно, в Лимерии мне будет спокойнее, чем в родном королевстве, под постоянным надзором деспотичного братца.