Книга Письма из Терра Арссе, страница 270 – Татьяна Миненкова

— Рассержен? А он-то из-за чего? — Не поняла я, не переставая восхищенно озираться по сторонам, разглядывая лесное убежище бывшей королевской видящей.

За окнами продолжал шуметь дождь, но в доме трещал огонь камина, шел пар от подсыхающей в тепле одежды. Я поддалась атмосфере комфорта и спокойствия, позволив себе немного расслабиться. Хотя все мышцы и, кажется, даже внутренние органы, ныли и тянули после сегодняшних, не самых приятных, приключений.

— Он потерял часть своей стаи, помогая Дэймосу спасти тебя из воды.

Эмирата ответила спокойно и безэмоционально, но даже эта сухая констатация свершившегося факта заставила меня испытать чувство вины.

— Мне жаль.

— Не жалей, — ответила она, изящно махнув рукой. — Он сам сказал, что все, что происходит — результат нашего собственного выбора. И свой выбор сделал. Но, если когда-нибудь тебе представится возможность ему помочь, ты вспомнишь об этом, и сама решишь, хочешь ли вернуть долг.

Наверное, это и имел ввиду король, когда рассказывал о том, что видящие любят говорить загадками.

— Вы видели, что у меня будет такая возможность?

— Ты, — поправила Эмирата. — И можешь называть меня «Мира». Нет, не видела. Почему-то с некоторых пор я не могу видеть то, что прямо касается Руса, только косвенно. А таким образом помочь ему становится непросто.

— Разве ему нужна помощь?

Тигр казался огромным, сильным и вполне самодостаточным.

— Нужна, — голос Миры стал серьезным и тихим. — Он ведь не всегда был в облике зверя.

Я замерла, и вся обратилась во внимание. С террасы доносился приглушенный голос Дэя. Видимо, он о чем-то разговаривал с тигром, а тот телепатически ему отвечал.

— Он был человеком когда-то, таким же, как ты или я. Даже наследником правящего рода одного из соседних государств.

— А что с ним… произошло? Что заставило его стать… таким, какой он сейчас?

Так и не получив от меня ответа на вопрос о том, что я буду пить, Мира подала мне фарфоровую кружку, с полупрозрачной жидкостью, над которой клубился белый пар. Я поднесла ее к лицу, уловив легкий аромат травяного чая. Горячий фарфор согревал озябшие пальцы.

— Выпей, тебе станет легче, — кивнула моя собеседница на содержимое кружки.

Я не увидела причин не доверять Мире и сделала осторожный глоток. На вкус жидкость напоминала мятный чай. И, сделав несколько глотков, я поняла, что боль действительно стала понемногу утихать.

— Спасибо. И все же, почему Рус больше не человек?

Эмирата скривилась и глянула в сторону террасы. Там, за стеклами высоких окон, было заметно какое-то движение, отблески огня, блуждающие тени, но разобрать что-то, находясь в ярко освещенной комнате, было невозможно.

— Он пошел наперекор воле отца и старшего брата и был наказан, слишком сурово, на мой взгляд.

— Пожалуй, — осторожно ответила я, не решаясь судить о ситуации, ничего о ней толком не зная.

Эмирата вздохнула и какое-то время, невидящим взором, продолжала смотреть в сторону террасы, погрузившись в воспоминания прошлом. Я не решалась ее отвлекать и молча прихлебывала чай, но потом все же спросила:

— Из-за этого ты покинула Сарн-Атрад и столько лет провела в одиночестве, в Гваэлоне?

— В том числе, — уклончиво ответила она. — А вообще я не очень-то люблю все эти дворцовые интриги и скандалы. Тебе самой понравилось во дворце?