Книга Письма из Терра Арссе, страница 289 – Татьяна Миненкова

Горы Бар-Эбирского хребта неумолимо приближались, по мере нашей стремительной скачки в их направлении, превращаясь из темнеющих вдали силуэтов в огромные скальные массивы.

— А почему после моего спасения из воды ты не стал снова закрашивать свой цвет волос?

Спиной я почувствовала, как мой собеседник сначала неопределенно пожал плечами, потом ответил:

— Наверное, потому что я не планирую до возвращения домой посещать крупные города, да и вообще, маскироваться от кого бы то ни было. А ты и так уже знаешь кто я.

К этому времени мы подъехали к подножию Бар-Эбирского хребта и продолжили путь вдоль него. Я молчала, внимательно слушая спокойный бархатный голос своего спутника, и Дэй продолжил.

— Вообще-то, притворяться кем-то, кем не являешься на самом деле, не очень-то честно и правильно. Это не считая того, что краска периодически осыпается с волос и течет от воды.

— Пожалуй, это действительно не очень приятно.

— Во всех смыслах этого слова, — поморщился Дэй. — В физическом — словно облили грязью, в психологическом — будто отказался от собственной истории, засунул собственную личность куда подальше. Поэтому, предпочту побыть самим собой эти пару дней.

То, что со мной он хотел быть самим собой, радовало, но лишнее упоминание о нашем скором расставании перечеркивало эту радость. И я спросила осторожно, добавив в голос побольше показного безразличия:

— Ты хочешь вернуться домой сразу после того, как заберешь меч?

— Я и без того слишком задержался в Терра Арссе. Как только заполучу его, у меня не будет причин, чтобы оставаться здесь.

Значит, я — это не причина. Неутешительный вывод.

Прада немного замедлилась, когда солнце стало клониться к вершинам гор, позволяя Дэймосу определить, где именно нужно остановиться.

Для меня все горы Бар-Эбира выглядели одинаково, отличаясь лишь размерами. Наверху самых высоких из них даже белели снежные шапки. Однако Дэй все же умудрялся как-то их отличать. Он хмурился, считал, темнеющие в скалах пещеры и пару раз останавливал къярда, но потом снова давал ей команду продолжать путь.

Я старалась не отвлекать его, осознавая всю важность момента, и никак не вмешивалась в происходящее, пока он не заставил Праду повернуть назад.

— Что-то не так? — Осторожно осведомилась я, не понимая причин его обеспокоенности.

Он продолжал внимательно рассматривать скалы, прищурившись и сведя брови на переносице. Солнце снова спряталось за плотным пологом серых туч.

— Так странно…

Его голос стал задумчивым и настороженным. И я тоже пригляделась к скалам повнимательнее, но с первого взгляда не заметила ничего, что показалось бы неправильным, поэтому спросила:

— Что именно?

Не ответив, Дэй выбрался из-под, укутывавшего нас, плаща, спешился и остановился, прислушиваясь. Ничего необычного. Шелест листьев и мелких камешков. Редкие крики птиц и шепот резкого порыва ветра. Негромкое пофыркивание Прады.

— Смотри. Там лошадь! — Удивилась я и указала Дэю в направлении увиденного.

Там, незнакомая серая кобыла невозмутимо жевала сухую траву. Что она здесь делала? Может, дикая или отбилась от стада?

— Интересно, откуда она здесь? — Спросила я, но Дэй отмахнулся и произнес:

— Она сейчас меня мало волнует, — он указал на скалы впереди. — Здесь должна была быть пещера, но ее нет.