Книга Письма из Терра Арссе, страница 327 – Татьяна Миненкова

— Получилось, — восхищенно прошептала она, поворачиваясь ко мне, чтобы я мог разделить ее успех.

Первый опыт разжигания огня, действительно, был достаточно завораживающим, однако я мог думать лишь о ее прохладных пальцах, которые все еще держал в руках. О ее губах, находящихся на одном уровне с моими. Об аромате груши и смородины, который не мог полностью перебить даже запах гари от разгорающегося костра.

— Здорово, — ответил я, пытаясь отвлечься от непрошеных романтических мыслей, заполнивших голову.

Напомнил себе, что не собирался давать ей ложных надежд. Не сейчас. Вот если сможем выжить оба, тогда и решим, что делать с нашими отношениями дальше. Заставил себя отстраниться, а Тэт — смутиться и покраснеть. Интересно, она думала о том же, о чем и я или нет?

Оказалось, пока я спал, Следующая успела аккуратно разложить разбросанные вещи, убрать неприглядные остатки вчерашнего ужина, вымыть в водопаде котелок и налить туда свежей воды, но на этапе, когда эту воду следовало бы вскипятить, проснулся я.

Взяв бразды правления в свои руки, пристроил котелок над, разгоревшимся сильнее, огнем и, достав из сумок, позаимствованные у Миры, травы, бросил их завариваться. Вода быстро вскипела, а по гроту разлился аромат чабреца и мяты.

Умывшись, по-детски, разбрызгивая воду друг на друга, мы вернулись к костру, чтобы выпить травяного чая и позавтракать вчерашними лепешками, оставшимися фруктами и вяленым мясом.

Солнечные лучи пробирались в грот, заполняя его сероватым светом все больше и больше, с каждой минутой, приближая необходимость покинуть наше временное пристанище и отправиться в путь.

— Что вчера написала тебе Мира? — Буднично, словно невзначай, осведомилась Следующая, за завтраком, осторожно косясь на меня из-под длинных ресниц.

Видел, как она со вчерашнего дня сдерживалась, чтобы не задать этот вопрос. И втайне надеялся, что все же не задаст, проявив хваленую силу воли, прививаемую Следующим с рождения.

Откусил большой кусок лепешки, чтобы дать себе время подумать над ответом, который не вызвал бы лишних подозрений и не был бы полностью ложным, потому что врать Тэтрилин мне не хотелось.

— Написала, что не советует быть тем, кто сегодня явится в Сарн-Атрад с Кристальным гладиусом.

Отхлебнув чая, девушка недоверчиво подняла брови:

— Это так сильно тебя расстроило?

— Расстроило, конечно, — кивнул я. — Я ведь так ждал момента, когда смогу, наконец, забрать его из бар-эбирских пещер.

Тэт подозрительно прищурилась:

— И в той записке ничего не было обо мне?

— Ни слова, — невозмутимо подтвердил я и почесал нос. — Доедай скорее, нам пора выезжать.

Резко поднялся и принялся собирать оставшиеся вещи в седельные сумки, лишив ее возможности и дальше меня расспрашивать, потому что не был твердо уверен в правильности собственного выбора и не хотел, чтобы Тэт заставила меня сомневаться еще больше.

Вот только она, кажется, не планировала сдаваться так просто:

— Дэй, я же вижу, что ты скрываешь от меня что-то важное! Пожалуйста, расскажи!

Мольба в ее голосе почти заставила меня передумать и рассказать ей о содержании, принесенного Люциусом, письма.

Разделить с ней этот груз ответственности за выбор, который в любом случае будет неправильным. Вот только, зная ее, привыкшую смотреть на мир сквозь розовую пелену, она с готовностью рискнет собой. А, если результат совпадет с предсказанием Миры, я не готов был всю жизнь нести за собой груз вины. Непрошеные угрызения совести уже сейчас неприятно скрипели на зубах и отдавались кислым привкусом во рту.