Книга Между морем и ветром, страница 121 – Ирина Коняева

— Я не уверена, что твои шуточки про родственниц уместны. Ты слишком торопишь события. Да и вообще, думаю, Ярослав всё–таки не совсем прав. Он увидел меня полураздетую, включились инстинкты, не чувства. Это всё скоро кончится, и я надеюсь, мы сумеем сохранить дружбу.

— Дружбу? Светик, да между вам искры летают! Не знаю, как вы этого не замечаете, но все, буквально все кругом видят, что вы друг другу далеко не безразличны. Я вообще свято уверена, что вы сто лет, как любите, просто слишком привыкли, что ли? Ну, не понимаете очевидно, короче! – Ксюша говорила эмоционально и искренне, так, что сомневающаяся во всём молодая женщина, потихоньку прозревала. – Даже в том, как ты меня приняла, ну, когда мы ещё не знали с ним, что у нас один отец. Ты ведь тогда относилась ко мне как к одной из вереницы его ничего не значащих девушек.

— Неправда, – перебила Света. – Ты мне на самом деле понравилась. Хотя я была уверена, что у вас если что и будет, то не на веки вечные, – признала она.

— О том и речь. Ты не видела угрозы. Зато ты сильно расстроилась, когда узнала, что я его сестра, хотя должно было быть наоборот.

Ксюша озорно подмигнула и отпила чай.

— Ну, мне тяжело было это принять, это правда. Он сразу к тебе проникся чувствами, а я… Было не очень приятно. Но я рада, на самом деле рада, что мы с тобой подружились и нашли общий язык. И моё плохое настроение пережили почти безболезненно.

Света посмотрела вопросительно, и подруга кивнула, ещё и вслух подтвердила, чтобы совсем никаких недоговорённостей не осталось:

— Даже не переживай! Мы все слегка прифигели, чего уж тут! Мама моя до сих пор вздрагивает, когда в нашем доме звучит его имя. Вот уж кому тяжелее всего. И это хорошо, что у неё есть Олег, так неизвестно, как бы пережила. Она, вроде, отца сто лет не видела, но говорит, они с Ярославом – просто на одно лицо.

— Папаша у вас – тот ещё тип, – Светка цокнула языком. Неизвестного ей мужчину она не любила уже только за то, что из–за него Ярослав часто грустил, особенно в детстве.

— А мне как–то на него пофиг. Знаешь, я даже рада, что он такой безответственный в части предохранения, – Ксюша рассмеялась. – Я сейчас сама себе иногда завидую. То никого не было, а тут разом и отчим, и брат. Мне немного непривычно, но ужасно приятно. Юлька завидует мне страшно. Рассказывала тут на днях, как приставала к папе с вопросами, нет ли и у неё где–нибудь братика.

— Вот дура! – Светка расхохоталась до слёз. Говорила она не зло, но ситуация показалась ей до крайности абсурдной.

— И не говори. Просто у меня–то такой шикарный брат, – Ксюша посмотрела на подругу с намёком, мол, смотри, не упусти свой шанс. – Заботливый, ответственный.

— Не обманывайся. Славик не идеален. Но его достоинства однозначно перевешивают недостатки. Для своих он готов сделать всё и даже больше. А вот к остальным – совершенно безжалостен. Так что не расслабляйся, когда он будет говорить с твоей мамой, например, – посоветовала Света. – Свою он опекает так, что может воспринять твою в штыки. Ну, это в худшем случае. Может, обойдётся.

— Ну так, они могут и не общаться, – беззаботно махнула рукой девушка. – Плюс, думаю, если я его попрошу, он в любом случае поможет, а мама у меня – верх деликатности. Даже если не сойдутся, она слова плохого о нём не скажет, лишь бы я была счастлива.