Книга Между морем и ветром, страница 159 – Ирина Коняева

Кухня наполнилась девичьим смехом, и Ярослав улыбнулся. Все его подопечные были счастливо пристроены, даже упрямая и твердолобая где не надо сестра образумилась, пришло время отпустить их в свободное плавание и наслаждаться жизнью. Со Светкой и малышом.

«Сын. Это точно будет сын. Лев Ярославович. Светка меня убьёт, но я назову его Львом! В честь её нелюбимого Льва Николаевича. Она считает, что он испортил нам лето со своей «Войной и миром», а я… Мне ведь никто никогда не читал вслух, кроме неё, это было… необыкновенно».

Ксюша сидела на большом плоском камне, опустив ноги в воду. Море ластилось, облизывая лодыжки, то и дело норовя забраться повыше, намочить длинную юбку–солнце весёлой жёлто–оранжевой расцветки. Закатное небо уже окрасилось в нежные розово–фиолетовые тона, красиво отражаясь в тёмном зеркале Японского моря. Только вот понурившей голову девушке окружающий пейзаж не приносил спокойствия, в душе лютовала буря.

Отчаяние, беспомощность и злость на себя и сложившиеся обстоятельства захватили её целиком и полностью. Никогда прежде не попадала она в столь сложную ситуацию. Ей хотелось стукнуть Юльку и в то же время защитить влюблённую бестолочь, да не выходило сделать ни то, ни другое – подруга закрылась.

Ни одного ответа на бесчисленное множество сообщений, ни одного телефонного разговора – ничего.

Дошло до того, что Ксюша после работы пыталась подкараулить Юльку то у дома, то у офиса, но подруга словно чувствовала засаду и избегала её.

Сева убеждал не мешать, объяснял, что иногда люди нуждаются в одиночестве, чтобы разобраться в самих себе, принять важные решения, но Ксюша переживала до полной потери аппетита и расстройства сна.

И не утешали никакие хорошие новости. Она не находила в себе сил отвлечься даже на подготовку маминой свадьбы, что уж говорить про переезд, который наклёвывался буквально в ближайшие выходные. Сева снял квартиру. Обычную двухкомнатную хрущёвку, но чистенькую и светлую, сразу после ремонта. Заезжай и живи. Кровать там была не такая, как в её мечтах, зато большая и с ортопедическим матрацем.

В паре сотен метров от берега прошёл катер, и волна разбилась о камень, на котором сидела Ксюша, разлетелась ворохом брызг, замочив юбку, футболку и даже волосы.

— Вот чёрт! – выругалась ундина, стряхивая с себя воду. – Что за день такой дебильный?!

Подхватив скинутые босоножки, она босиком пошла в сторону дома, скалой нависавшего над морем. Дома, в котором ей оставалось жить совсем недолго.

— Приве–е–ет! – донеслось со стороны детской площадки. – Оксана, я здесь! Подожди минуточку! Мама, присмотрите за внуком, – скомандовала уже совсем другим тоном Самира и побежала навстречу «подруге». – Я так рада тебя видеть! Как у вас дела? Как Света? Как Ярослав? Юлька с Мишей?

Молодая женщина без макияжа, в простой чёрной футболке и шортах, с собранными в длинный хвост чёрными волосами, выглядела совсем девчонкой и совсем не напоминала ту зарвавшуюся стервочку, что за пару дней довела всех до бешенства.

— Привет. Всё хорошо, – вежливо ответила Ксюша, не намереваясь вдаваться в подробности и делиться новостями.

— Да? Ты какая–то грустная. Что–то случилось? Я видела тебя с парнем, таким худым, высоким. Мне показалось, он влюблён в тебя по уши. Вы поссорились?