Книга Между морем и ветром, страница 56 – Ирина Коняева

— Боится он, – Светка закатила глаза и следом тут же зевнула, что со стороны выглядело довольно комично. – Славик, мы с тобой как брат и сестра. Если я когда–нибудь посмотрю на тебя как на мужчину, можешь смело вылить на меня стакан воды и обозвать дурой. Пиратик, надеюсь, за пятки не кусает?

— Откуда ты знаешь? – не на шутку удивился Ярик. – А они что, все так делают?

— Не все, но почти, пока маленькие – все игручие, кошаки ведь. Всё, я спать, иначе отключусь прямо здесь.

— Сиди, балда. Отнесу тебя, – предложил лучший в мире друг, подхватывая подругу на руки.

— Спасибо, – Светка зевнула. В кровать её уложили уже спящей.

Ярослав пошёл на кухню, чтобы убрать остатки пиршества. Бардак он не признавал. Пират, как ни в чём не бывало, сидел на столе и ел колбасу.

— Бро, не жри эту гадость, там всякие глютаматы и вряд ли нормальное мясо. Что, корм не нравится? Купим новый.

— Мяу! – недовольно ответил товарищ Колбаскин.

— Не хочешь сухой корм? Ладно, переведём тебя на обычное холостяцкое питание: пельмени и бутеры, – съехидничал Ярослав.

— Мяу! – тонкий голосок котёнка буквально звенел от негодования. – Мяу! – ещё раз возмутился он для совсем туго понимающих.

— Не, кот, пока ешь сухари, иначе просто подохнешь от голода. Вот заведём с тобой хозяйку…

Мужчина не договорил. В открытое окно снова залетали звуки скандала.

— Да твою ж мать!

Ярославу и не нужно было лучшего повода, чтобы сорвать злость. Не прошло и минуты, как он уже стучал в дорогущую даже для их элитного дома дверь.

— Он не откроет, – донеслось сбоку. Сухонькая старушка выглядывала из соседней квартиры и тихонько рассказывала–жаловалась: – И у него связи. Мы давно так живём, это бесполезно.

— Какие связи? – Яр навострил уши. Информация лишней не бывает. – Можете мне хотя бы его фамилию–имя дать?

Анфиса Андреевна словно готовилась, а, возможно, данные на нелюбимого соседа давным–давно были тщательно собраны и ждали своего часа. Ярослава пригласили в дом, налили ему душистого чая с травками и выдали столько информации, что мужчина поневоле призадумался, не работала ли приятная бабуленька в органах. Если нет – спецслужбы многое потеряли.

Распрощавшись в четвёртом часу ночи с обнадёженной Анфисой Андреевной, Ярослав вернулся к себе. Соседи не так давно прекратили ругань, но Светик, судя по всему, ничего не слышала и спала мёртвым сном ровно в той же позе, что он её и оставил.

Спать отчего–то не хотелось и Яр, укрыв подругу тонким одеялом, прошёл на балкон. Из–за г-образной конструкции дома в его окна сейчас не стучал- не ломился, завывая, шторм, зато хорошо было видно, как внизу, гонимое ветрами, бушевало море, билось в причалы, рассыпалось ослепительно–белыми в свете прожекторов хлопьями.

Страсть стихии завораживала мужчину. Он мог любоваться спокойным морем некоторое время, но бешеное, ярое и злое оно приковывало его взгляд надолго. Вот и сейчас он, что называется, завис.

Мысли текли плавно, но не без привычных ехидных комментариев:

«Интересно, эта безбашенная девица гуляла со своим хахалем в романтичном стиле: по линии прибоя? Линия прибоя сопротивлялась и их периодически смывало, ага. Интересно, как она выглядит в намарафеченном виде?»

Картина не вырисовывалась. Незнакомка являлась перед его внутренним взором лишь в одном варианте: мокрая, без косметики и растрёпанная. Милая и почему–то родная, своя. Ему даже казалось, что они с ней чем–то неуловимо похожи.