Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 102 – Юлия Алейникова

— Решительно и категорично, – кивнула балерина. – К тому же сын Гали не бедный человек и всегда был к матери внимателен. Путевки на отдых, ремонт квартиры, лечение в лучших клиниках. Возможно, он не уделял Гале много времени, но что касается денег, она свободно могла обратиться к сыну. К тому же и сама Галина не бедствовала.

— Спасибо. Вы мне очень помогли. А скажите, покойная не говорила вам, что встретила какого-то старого знакомого или что-то в этом роде?

— Нет.

— А в числе ее знакомых не было владельца антикварного магазина? Или, может, галереи, или фирмы по торговле искусством?

— Определенно нет. Галина любила красивые вещи, но не делала из этого культ и не была коллекционером. Это мое хобби, – улыбнулась Анна Михайловна.

— А может, тогда вам известно имя Александра Николаевича Володина? – оживился капитан.

— Нет. Впервые слышу, а кто он?

— Он представился как владелец небольшой фирмы, занимающейся торговлей предметами искусства.

— Он тоже хотел купить рубин? – сообразила Анна Михайловна.

— Да. Звонил Марине Коваленко почти одновременно с появлением поклонника.

— Я поспрашиваю у знакомых, возможно, кто-то его знает. Оставьте мне свой номер телефона, – величественно распорядилась Анна Михайловна. – Я позвоню.

Этот визит капитан не мог назвать бесполезным: результата пока нет, но и пустым разговор не был.

Капитан отъехал от дома балерины в глубокой задумчивости, но все-таки не настолько, чтобы забыть о голоде. Финики и орешки, поданные к чаю в доме Анны Михайловны, раздразнили здоровый мужской аппетит, и капитан с удовольствием вспомнил, что поблизости от ее дома имеется пекарня.

Наваристый бульон, солидный кусок кулебяки, чашка чаю и пирог с капустой придали капитану сил и помогли собраться с мыслями. «Кто хорошо ест, тот хорошо работает», – пришла капитану на ум знакомая с детства поговорка.

— Слушай, Марин, если мы не смогли вычислить этого поклонника, может, зайдем с другой стороны? – сидя вечером на кухне за чашкой чая, предложил Степан.

Сегодня у обоих был тяжелый день. У Марины репетиции, урок классического танца, вечером спектакль. У Степана несколько заказов, встреча с клиентами и сдача большого заказа. Масштабное полотно для гостиной одного толстосума. Копия с полотна всемирно известного художника в натуральную величину.

— А с какой? – спросила уставшая и выжатая как лимон Марина. Возбуждение после выступления уже прошло, и теперь на нее накатила сонная вялость. Она вообще с удовольствием завалилась бы сейчас в кроватку, под теплое одеяло, и забыла обо всем, особенно о неприятностях. На душе у Марины было тепло и радостно. Она все еще видела сквозь дымку перед глазами аплодирующий стоя зал, видела восторженные, благодарные лица людей, ощущала аромат букетов. Чувствовала отголоски упоительного восторга, который она испытывала каждый раз, выходя на сцену.

Степан уловил ее настроение и со вздохом предложил:

— Давай лучше завтра поговорим, на свежую голову. А сейчас баиньки.

Марина благодарно улыбнулась.

Степан долго лежал без сна этой ночью, ворочаясь на чужом диване. Нет, бессонница его не мучила, он не был изнежен и капризен, спать он мог хоть стоя, хоть лежа, хоть на полу, хоть на перине – здоровый организм его проваливался в сон почти мгновенно. Но не сегодня. Сегодня его мучили скверные предчувствия.